Минт стоял на коленях рядом с Амали, бессильно расплывшейся в кресле, держал двумя руками ее ладонь и что-то говорил, не обращая внимания на окружающих.
14 день 4 месяца 880 года, граница Алавии и Бесконечного Леса
Светлые эльфы снова затрубили в трубы и застучали в барабаны. Глашатай с развитыми умениями громкого голоса снова начал на весь лес орать о визите героев — представителей различных королевств. Можно было, как в прошлый раз, просто вломиться внутрь, но сейчас увы, требовался официальный визит.
Официальный визит именно отсюда, из Алавии.
— А она мне и говорит, мол, спой, я так соскучилась по твоим песням!
— И ты спел? — спросила Лана.
— Конечно! Я же бард! Я не могу не петь! — казалось, Минт сейчас лопнет от гордости. — И все как раскрыли рты, как давай радоваться, что я к ним приехал! А я ей и говорю, мои дети объединят и спасут два мира!
Вообще, пророчество звучало иначе, но Лана не стала напоминать о том.
— Я же вообще бард-миротворец, вон всю великую степь помирил и под водой тоже! — продолжал горделиво вещать Минт, легко заглушая голосом перестук и гул труб. — А она вдруг расплакалась от огорчения, что не ценила такого великого меня раньше!
— И ты ее утешил, конечно же? — в голосе Ланы слышался легкий сарказм.
— Пришлось, пришлось, я же бард-миротворец и утешатель страждущих, — Минт поиграл бровями, снова принял горделивую позу, сдвигая шапочку чуть вбок. — Она как прижалась животом, как взяла в р… руки, обняла, значит, так я сразу и понял — раскаивается! Да и дочка наша внутри!
Ролло рядом тихо, едва заметно посмеивался, разве что в густые усы не улыбался. Или усы были не у него? Бранд не стал насиловать слабеющую память, посмотрел на Ролло, думая о другом. Почему тот подоспел сюда так подозрительно вовремя? Знал? Выполняет волю Серканы? Действительно хотел помочь и торопился?
— Что?
— Были у тебя усы? — спросил Бранд прямо.
— Были, — кивнул Ролло, — помнишь, Джаггер мне посоветовал, мол борода и усы украшают мужчин?
— А, точно, — потер лоб Бранд, — тебе их вырвал с мясом тот голем спятившего гнома из гор Казада, как его?
— Кудалина Некрасавица, — сказал Ролло, — неудовлетворенная гнома, по этой же причине взявшаяся за големов и из-за нее же схватившая Проклятие. Бранд, ты и это забыл? Надо бы нам поторопиться в своих действиях.
— Ничего, время еще есть, — сварливо отозвался Бранд, специально отводя взгляд.
Прямо хвастаться книгой было глупо и не в его характере, поэтому он пока что лишь кинул парочку туманных намеков. Ролло не расспрашивал, лишь поглядывал хмуро.