Я отсчитал пять сотен и огляделся по сторонам. Холм своими поросшими кустарником склонами мозолил глаза, но понять, чем именно он меня так раздражает, никак не удавалось.

— Пустышка, как думаешь? — поинтересовался я у прятавшего деньги в бумажник крепыша.

Тот оглянулся на руины и неуверенно пожал плечами. Страх перед возвращением в это проклятое место и стремление заполучить очередные пятьсот франков явно уравновешивали друг друга, поэтому в итоге он обреченно вздохнул:

— Не знаю, Лео. Просто не знаю. Подвал до конца мы не проверили, но там полно воды…

— Все так, — отозвался я и указал на холм. — Рамон, ничего тебя не смущает?

Крепыш снял фуражку и задумчиво почесал затылок, потом покачал головой:

— Нет.

— Кусты! — вдруг сообразил я. — Вон прореха! Кто-то вырубил там кусты!

— Неплохой наблюдательный пункт, — решил Рамон, приглядевшись. — Проверим?

— Обязательно. Сходим налегке, огнемет не бери.

— Уверен?

— Да, — подтвердил я и закинул за спину ранец с одноразовым огнеметом Александра Дьяка.

Мы загнали броневик в подлесок, навесили на него замок и начали взбираться по крутому склону. Проламываться через кусты было занятием не из легких из-за густо разросшегося терновника, и лишь благодаря промытому ручьем оврагу удалось приблизиться к вершине, не потратив на это весь остаток дня.

Верхушка холма поросла высоченными ливанскими кедрами, под сенью их тенистых крон не приживались ни кусты, ни трава, лишь торчали во все стороны засохшие сучья, да пружинил под ногами ковер прелой хвои. Там было темно, сыро и просторно, поэтому остаток пути занял не больше пяти минут.

— Надеюсь, тебе от предков из Нового Света достался дар следопыта? — пошутил я, прислонясь к шершавому стволу кедра, чтобы перевести дух и дать отдых отбитой ноге.

Рамон перехватил винчестер и позвал меня за собой.

— Идем! — буркнул он. — Скоро стемнеет.

Минут через десять мы отыскали расчищенное от кустов место и оценили открывавшийся оттуда вид.

— Отличная огневая позиция, скажу я тебе, — впечатлился крепыш.

Мы обошли вершину по кругу и вскоре обнаружили еще одну вырубку, на этот раз выходившую на проселочную дорогу, которая и привела нас сюда.

— Это еще ни о чем не говорит, — решил Рамон. — Кто угодно мог это сделать.

— Все это очень подозрительно, — не согласился я с напарником. — Лучшего наблюдательного поста в округе не найти.

— Ну и?

— Мы с тобой что-то упускаем.

Я встал на краю вырубки, глянул вниз и заметил на камнях ниже по склону холма несколько окурков.

— Ты куда? — встрепенулся Рамон, когда я, хватаясь за торчавшие из земли корни, принялся спускаться к обнаруженным мной уликам.