Когда мы подошли к дверям, типчиков уже уволокли за ближайший пакгауз, оттуда деловито грохнул залп.

Лютый притормозил и на всякий случай взялся за кобуру:

— Це шо, козакы?

— Да не, — усмехнулся красногвардеец, — так, двух воришек поймали.

— А что они украли, что их кончили? — оторопел я.

— Да не успели ничего.

— Круто у вас, жизнь ни в копейку не цените.

— А ты откуда такой взялся, сволочь всякую жалеть? — угрожающе двинулся ко мне часовой.

— Из тех ворот, откуда весь народ.

— З Гуляй-Поля мы, — встал перед часовым Лютый.

— Махновские?

— Беры выще, сам товарышу Махно! — Лютый решительно отодвинул с дороги шахтера. — Ходимо, Несторе!

В телеграфном пункте толклось как бы не больше народу, чем в залах — тут же штаб, тут всем надо сунуть нос. Настроения царили самые бодрые: вчера отстояли Юзово, завтра попрем на Ростов и Таганрог! Шахтеры, рабочие, матросы, солдаты курили, трепались и спорили.

— Где тут прямой провод? — гаркнул я, перекрывая общий шум.

— Здесь, товарищ Махно! — показал мне посыльный телеграфист. — Вон, аппарат Бодо.

«Махно, Махно, Махно» — прошелестело в слегка притихшем помещении. Н-да, в эдакой толпе вести секретные разговоры?

— Товарищи, кто тут из военного отдела Юзовского ревкома?

Вызвались трое, в том числе не замеченный мной поначалу Вуков.

— Вас прошу остаться, а остальных — освободить телеграф!

— Это что за… — начал один из матросов.

Но Вуков с товарищами, обрадовавшись поводу выпереть посторонних, заткнули его:

— Товарищи, на выход! У нас закрытое совещание! Военные вопросы, понимать надо!

Очень вовремя подоспел Задов, кое-как мы вытолкали всю ораву наружу.

Двое телеграфистов за стойкой у аппаратов облегченно вздохнули, первый застучал ключом.

Через несколько секунд из Бодо полез ответ, второй читал мне прямо с ленты:

— У аппарата народный секретарь промышленности Сергеев, народный секретарь по военным делам Шахрай находится с войсками в Полтаве.

— Здесь Махно, здравствуй, товарищ Артем! — отбил морзянкой телеграфист.

Так и пошло-поехало, стучал ключ, раскручивалась бумажная полоса с бобины, а мы обменивались сообщениями.

— Здравствуй, Нестор. В Киеве готово выступление рабочих, солдат, части гарнизона. Революционные армии продвигаются на Киев, пешими и на подводах, но мосты все взорваны войсками Рады, у Дарницы сосредоточены противником крупные силы. Мы страшно спешим на выручку выступлению. Народный секретариат считает необходимым оказать давление на Киев со всех сторон. Революционную армию Кудинского предполагалось направить через Кременчуг на Фастов, но ввиду серьезного положения на Дону эту армию командующий Муравьев послал к наркому Антонову. Сообщи, готов ли Гуляй-Польский район отправить пять-шесть тысяч человек на Киев.