— … помощь от Гартмана идёт, но не скоро…

— … цены на зерно утроились! Утроились за один день!..

— … статуя плачет, это дурной знак…

— … шкены ворота откроют, вот увидите…

— … некромант в городе, могилы разрывает…

При последних словах Лео едва не споткнулся. Некромант. Уже говорят. Уже ищут.

У пекарни была очередь человек в двадцать. Лео встал в конец, стараясь не привлекать внимания. Впереди две женщины обсуждали последние новости:

— А ты слышала про младшего Теодора фон Ренкорта?

— Того благородного красавчика, что в Академии учился?

— Да! Так вот, он сбежал! Позавчера ночью!

— Как сбежал? Он же маг какого? Второго круга? В обороне на стенах такой бы в городе пригодился!

— Взял своих людей и смылся через речные ворота! Барон велел всем магам мобилизоваться для обороны, а он — раз, и нету! К папочке побежал, в безопасное место!

— Вот сволочь! — женщина сплюнула. — А говорят, из-за него девка та утопилась… как её… рыжая…

— Алисия, дочка торговца Линденберга.

— Вот-вот. Обрюхатил, наверное, а потом бросил. Она от позора и в реку. А он даже на похороны не пришёл!

— Сволочь. Хорошо, что сбежал. С такими нам тут и без того…

Лео сжал руки в кулаки. Теодор. Виновный в смерти Алисии. И он сбежал. Смылся, пока город готовится к осаде. Трус. Убийца и трус.

Внутри что-то горело — не магия, а ярость, чистая и жгучая. Если бы Теодор был здесь, сейчас, Лео не знает, что бы он сделал. Может быть, накинулся бы с кулаками, несмотря на то, что Теодор был и сильнее, и умел драться, и был магом Второго Круга.

А может быть… может быть, приказал бы Алисии…

Мысль эта испугала его самого. Он представил, как Алисия ломает шею Теодору, так же легко, как сломала Безумному Вилли. И в этой картине не было ничего ужасного. Только справедливость. Так и надо. Чтобы Теодор смотрел в мертвые глаза новой Алисии, чтобы осознавал все что с ним происходит, чтобы обделался перед смертью, пытаясь вымолить себе прощение и понимая, что прощения не будет. Как и пощады.

«Я схожу с ума», — подумал Лео, качая головой, будто пытаясь вытряхнуть дурные мысли.

Наконец очередь подошла. Толстый Отто, владелец пекарни, вытирал пот со лба:

— Лео! Как там «Три Башни» — стоят? Сколько караваев будешь? Есть только ржаные с солодом.

— Стоят, куда денутся. — поддержал нехитрую шуточку Лео: — Восемь. И две дюжины булок, если есть.

— Есть. Последние, правда. Сегодня все сметают, как саранча. — Отто начал укладывать хлеб в корзину. — Слышал, про дочку Линденберга? Генриха Торговца? Тело-то её украли с кладбища!

Лео замер.

— Что?

— Ну да! Вчера утром обнаружили! Могилу разрыли, гроб вскрыли, тело пропало! — Отто понизил голос. — Говорят, некромант. Для ритуалов.