— Регент, посол Кларк сегодня вечером будет нашим гостем в поместье, после бала на Соколином Холме, — добавила моя феникс своим мелодичным, как журчание ручейка, голосом. — Разумеется, мы будем счастливы видеть и вас за главным банкетным столом. И если пожелаете, для вас также будет готова комната. Пожалуйста, скажите, что примете наше приглашение?

— Ваше гостеприимство весьма кстати, — Краскон кивнул так, будто делал величайшее одолжение. Голова у него, кажется, вообще на шарнирах не двигалась, поворачивался всем корпусом. — Не имею ни малейшего желания останавливаться в гостинице «Гладиатор» на Арене. Я распоряжусь, чтобы мои вещи перевезли в ваше поместье.

— Для нас это будет честь, — выдавил я, стараясь, чтобы голос не дрогнул от такого «теплого» приема. Честь-то честь, а вот удовольствие сомнительное.

После того, как официальные приглашения этому динозавру Краскону были вручены, толпа начала потихоньку рассасываться. Вечер переставал быть томным, и это означало, как объявили почетные хозяева — то есть мы с моими женами, — что всем пора нестись сломя голову обратно на Соколиный Холм, готовиться к самому балу. А для меня это означало еще одну, чтоб ее, смену костюма. Опять переодеваться! И, конечно, этот маскарад касался только меня. Ну кто бы сомневался.

— Ну почему опять я должен это напяливать? — простонал я, обращаясь к своему верному Бруно. Этот мой коала-дворецкий, стоя на маленькой скамеечке, чтобы дотянуться, деловито возился с тяжеленной меховой мантией, которую пытался взгромоздить мне на плечи. Ощущение было, будто на меня не мантию, а целого медведя накидывают.

— Это традиция, сэр, — терпеливо, уже в сотый раз, наверное, объяснил Бруно, поправляя тяжеленную медную застежку у меня на груди. — Ашер, устраивающий бал, должен быть одет так, как когда-то одевался Айзек Фостер. В конце бала вы подносите жаровню, полную очень легко воспламеняющегося алкоголя, к свисающему факелу. А затем… задуваете пламя на одном дыхании. Это, знаете ли, целое искусство.

— М-да, надо было все-таки те книжки по местным обычаям почитать, — вздохнул я, с тоской оглядывая свой, мягко говоря, экстравагантный наряд. — Эта шкура хоть огнестойкая? А то как бы самому в факел не превратиться с такими-то традициями.

— О, да, сэр, мех урлиса очень устойчив к огню, — заверил он и, к моему ужасу, водрузил мне на голову шляпу, до жути напоминающую чучело головы какого-то гибрида лисы и медведя. Просто кошмар таксидермиста и мечта пугала огородного. — Как вы думаете, какова вторая цель этого костюма? А теперь, будьте добры, протяните руки для перчаток.