«Вы же знаете… я к ней… неравнодушен». — Слова дались нелегко. Обе мои жены понимающе кивнули. Тяжело это, конечно, но скрывать что-то от них было бы еще хуже. — «Я тут подумал… когда мы её вытащим — не „если“, а именно „когда“ — я бы хотел, чтобы она присоединилась к нам».
— Все вместе? — уточнила Рита, склонив набок свою темноволосую голову, и в её глазах мелькнул какой-то сложный огонек — то ли любопытство, то ли еще что.
«Ага». — Я твердо кивнул. — «Я знаю, вы обе говорили, что я могу… ну, вы поняли. Но я хочу быть уверен, что вы тоже этого хотите. Что вы её примете».
— Можешь не сомневаться на этот счет, — улыбнулась моя жена-феникс и кивнула в сторону лужайки перед шатром, где вовсю шли танцы. — В её обаяние невозможно не влюбиться. Посмотри сам.
Иди как раз хлопала в ладоши в такт какой-то зажигательной мелодии и кружилась, описывая плавные, красивые круги. Её длинное алое платье взметалось вокруг неё, словно огромный экзотический цветок. И я снова, как мальчишка, засмотрелся на то, как её гибкое, стройное тело так легко и естественно двигается в ритме музыки.
«Да…» — Голос прозвучал протяжно. Я не мог оторвать взгляд. И тут же нахмурился, заметив знакомую пару пушистых серых ушей, мелькнувших у входа в шатер.
— Господин… Макс! — Бруно, наш управляющий, тяжело дыша, подбежал к нашему столику. Вид у него был взъерошенный и крайне возбужденный. — Я тут копался в Записках Алека Свана… Нашел кое-что! Похоже, он подозревал, что Дастин Лонг спер чертежи одного из его важнейших изобретений! А когда я говорил с Дороти, она упомянула, что этот Адлер Бёрнс использовал какое-то особое хранилище для вещей Дастина. Ну, потому что тот был параноиком до мозга костей.
Внутри что-то щелкнуло. «И что это может быть, по-твоему?» — Я подался вперед, не скрывая нетерпения.
— Точно не уверен, — ответил он, и его уши нервно подрагивали от возбуждения. — Но если это то, о чем я думаю… Посол точно захочет поехать с нами. И это будет бомба!
«Пошли!» — Я решительно вскочил с подушек, едва не опрокинув столик. Сделал пару шагов и замер. Черт, чуть не забыл. Обернулся и быстро, но нежно поцеловал каждую из моих жен в макушку. — «Спасибо вам, девчонки. За всё».
Пару дней спустя мы наконец-то вернулись в Усадьбу. Ну, вся наша банда. Я, Бруно и Кларк торчали в какой-то подсобке под кухней и пялились на хреновину, смахивающую на здоровенный коготь. Выглядело это чудо инженерной мысли, мягко говоря, загадочно.
Я вертел в руках здоровенный лист схемы то так, то эдак. Бумага была плотная, чуть шершавая на ощупь, испещренная какими-то линиями и цифрами, от которых у меня уже рябило в глазах. «Слушай, Бруно, я понимаю, ты мне уже раза три, наверное, это разжевывал. Но вот хоть убей, не догоняю, как из этой кипы макулатуры, — кивок на чертежи, — должен получиться „съемный дирижабль“? Что за чертовщина?»