— А, вот и вы! Привет! — наконец заметил нас Мило Найтли, раскрасневшийся от усердия.
— Здравствуйте, мистер Найтли, — улыбнулась Рита. — Как торговля?
— Просто улет! — человек-енот (да, Мило оказался енотом, с полосатым хвостом и хитрющей мордочкой!) широко осклабился, сверкнув острыми зубками. Я даже присвистнул про себя. — Энджи уже почти все распродала! Народ хватает, как горячие пирожки! Говорят, ваш «огонь» — лучшее средство от утренней хандры!
— Серьезно, что ли? — Я аж крякнул от удивления. — Вот это номер! Невероятно! Знал, конечно, что Энджи у нас баба с коммерческой жилкой, та еще акула, но чтоб настолько… Ты хоть примерно прикинуть можешь, сколько мы уже бабла загребли на этом «огне»?
— О, с цифрами — это к Энджи, — рассмеялся Мило. — Мое дело маленькое — клиентов заманивать. А она как раз должна быть в палатке…
— Ее там нет! — задыхаясь, почти прохрипел Ной Найтли, брат Мило, вынырнув откуда-то из-за наших спин так внезапно, что я едва не подпрыгнул. Лицо его под видавшей виды маской было перекошено от ужаса, глаза метались.
— Ной! — Мило аж подпрыгнул на месте, и его голова резко метнулась к темному входу в палатку. — Ты о чем сейчас⁈ Что случилось⁈
— Я… я отлучился буквально на пару минут, Мило! Клянусь! А когда вернулся — ее… мисс Энджи… уже не было! — выпалил он на одном дыхании, голос срывался. Мы все, как по команде, уставились на зловеще темный вход в палатку, и неприятный липкий холодок змеей скользнул у меня по спине. Внутри все оборвалось. Дела-а-а… Черт, только этого дерьма мне сейчас не хватало. Праздник, твою мать. Вместо веселья — очередная гребаная задница. Ну почему у меня вечно все не как у людей, а⁈
— Что значит «ушла»⁈ — Мило чуть не сорвался на крик, когда мы гурьбой метнулись к небольшой палатке, которая служила торговым прилавком для «Поместья Медведевых». Сердце у меня сразу ёкнуло — не к добру это.
Внутри всё было обустроено с умом: витрины расставлены так, чтобы взгляд цеплялся за самое нужное. И неудивительно, что большинство полок уже опустело. Энджи, наша хваткая «женщина-ангел», определённо знала, как создать ажиотаж и заманить покупателя, это уж точно. Уж чему-чему, а коммерческой жилке ей было не занимать.
Но сейчас у прилавка толпилась длинная очередь растерянных посетителей, рядом валялась опрокинутая банка с мёдом, а самой продавщицы и след простыл. Тревога неприятно сжала тиски где-то под рёбрами. К этому времени эта некогда язвительная и хитрая штучка, которую мы подобрали после смерти её мужа, Ашера Уолтера, стала для моей команды своей. Почти родной. И просто так её исчезновение мы бы не спустили. Чёрта с два.