Два прихвостня Детины смерили меня взглядами с ног до головы. Особенно Корень — он явно занервничал, неуверенно переминаясь с ноги на ногу.
— Дети… — начал он было, но осёкся.
— Заткнись! — Этот дровосек, или кто он там по виду, сплюнул и грубо пихнул женщину-какаду к Корню. — Хватит уже. Алдану будет плевать, узнаем мы, что там с этим Костяном стряслось или нет. Главное, чтобы мы компенсировали ему золото, в которое Костян ему обошелся. А эта сучка отлично подойдет.
«Это если ты сам отсюда живым выберешься, да еще и с ней». — Я хмыкнул, уже принимая боевую стойку. Нутром чуял — сейчас начнется. И тут же, ну чисто как засранец, которым я, в общем-то, и бываю временами, вскинул руку ладонью вверх и поманил его пальцами — мол, «иди сюда», как тот Нео из «Матрицы». Самому смешно стало от такой наглости.
— Ишь ты, какой дерзкий червяк, да? — прорычал Детина и с маху вонзил свой тесак между булыжниками мостовой. Клинок так и остался торчать вертикально, будто памятник его тупости.
— Детина, ты чего творишь? — спросил Корень, и я мысленно усмехнулся, услышав в его голосе неподдельную тревогу. Похоже, этот шкаф не всегда предсказуем даже для своих.
— Не всему верь, что бабы на базаре треплют, Корень, — буркнул здоровяк и смачно хрустнул костяшками пальцев обеих рук разом. Желваки так и заходили на его квадратной челюсти. — Не мог такой, как он, в одиночку, голыми руками, столько народу положить, как в тех байках рассказывают. Брехня все это.
«Ага, чистая правда, Корень». — Я решил подлить масла в огонь, чтобы еще больше взбесить этого амбала. И, к моему немалому удивлению, тот молодой хмырь, что прислонился к стене, фыркнул и тихо рассмеялся.
— А ну цыц, ты! — рявкнул Детина уже на меня. Я втайне порадовался — моя тактика по выведению его из душевного равновесия, похоже, работала. Главное, чтобы он сейчас полез на рожон, не думая.
Чисто на кулаках или нет, но этот Детина был сложен как натуральный шкаф, кирпичный завод на ножках. Я сразу понял — надо использовать любую мелочь, чтобы сбить его с толку, вывести из равновесия. Иначе сомнет и не заметит.
Я постарался вложить в голос максимум издевки: «Ну давай, Детина, покажи, на что годятся твои бицепсы, когда перед тобой не беззащитная баба». Главное — вывести его из себя.
И это сработало. Этот осел бросился на меня, как разъяренный буйвол.
— Я тебе покажу! — взревел он и начал размахивать своими кулачищами направо и налево с такой скоростью, что мне только и оставалось, что уворачиваться да подпрыгивать, как зайцу. Скорость, конечно, для такой туши была приличная, но и предсказуемость тоже.