Летит!

Отторжение помочь не могло, я приготовился перехватить атакующий аркан ударным приказом, но не успел. Сияющий шар вдруг подскочил и угодил в потолок. Рвануло! Во все стороны полетели щепки, ударная волна качнула меня и едва не завалила на землю.

Вражеский колдун оскалился, и тут же за его спиной возникла фигура вроде как поражённого одной из молний духолова.

Удар! Удар! Удар!

К магии мастер мёртвых дел прибегать не стал и трижды ткнул противника выскочившим из руки костяным клинком.

Чуть выше поясницы! Под левую лопатку! В основание затылка!

Готов!

— Во двор! — прохрипел за спиной Червень, который и отбил шаровую молнию, спутав тем карты атаковавшему меня колдуну. — Быстро!

Во двор? А что там — во дворе? Точнее — кто?

Наши? Или уже нет?

Страшно же!

Над обуглившейся загородкой загона возникла голова Огнича, а Дарьян сумел-таки отвалить с себя мёртвого убийцу, но первый ничего толком не соображал, его чёрные кудри распрямились и встали дыбом, а второй был всецело занят обузданием приблудного духа, и я чертыхнулся, бросился к выходу из конюшни, не став их ждать.

Духолов, на боку которого после удара молнии до сих пор дымилась одежда, уронил своего противника на землю и сам повалился сверху, но продолжил орудовать костяным клинком, явно вознамерившись отрезать вражескому тайнознатцу голову, поэтому, когда в полумрак конюшни заскочил незнакомый стрелец, встречать его пришлось мне.

Лови!

Я шибанул бойца в новенькой форме туземного полка своим коронным ударом, и того вышвырнуло обратно на улицу с развороченной грудной клеткой. Я метнулся следом.

Пятёрка расправившихся с пластунами ряженых нападения из конюшни никак не ожидала — они вовсю готовились к отражению штурма и, прежде чем хоть как-то отреагировали на вылетевшее во двор тело, я очередным огненным арканом смахнул с повозки возившегося с картечницей мужика. Попал точно в голову, и та взорвалась брызгами пламени и крови, а дальше ко мне подскочил Огнич.

Выстрел! Выстрел! Выстрел!

Палил фургонщик почти не целясь, ещё и слишком резко дёргал рычаг, но всё же зацепил одного и наповал уложил другого. Миг спустя в лицо вскинувшего револьвер громилы вгрызся с воем пронёсшийся по двору дух, тогда последний из пятёрки бросил на произвол судьбы раненого подельника и выскочил за ворота, только его и видели. Подранок оказался не робкого десятка и шагнул к нам с обнажённой саблей, но Дарьян тут же пробил ему руку броском костяного шипа, а Огнич приказом «ниц!» повалил на залитую кровью землю и принялся вязать запястья.

Я с облегчением перевёл дух, да только расслабляться было слишком рано. Стреляли там и тут. Стреляли решительно всюду.