— Нет, не возражаю, — Саша махнул рукой. — С условием, что ты и моё оружие приведёшь в порядок.

— Конечно, господин барон, — мальчишка закусил губу. — Мне нужно собрать вещи.

Крюков, державший его всё это время за плечи, опустил руки, давая парню пройти. Это была обычная ссора с мастером, и завтра они бы о ней уже и не вспомнили. Лёне даже интересно стало, к чему всех их может привести спонтанное решение слишком импульсивного мальчишки.

— Тебя зовут-то как? — спросил он, улыбаясь.

— Иоганн Дрейзе, ваша милость, — ответил парень и побрёл куда-то в сторону за вещами, начиная, похоже, понимать, что только что решил кардинально изменить свою жизнь.

— Ваше величество, но как же так? — Елизавета Александровна Пальменбах сложила руки в молитвенном жесте и протянула их в мою сторону. — Вы подумали о девушках, что с ними будет?

— Всё хорошо с ними будет, не волнуйтесь, Елизавета Александровна, — я на всякий случай отступил, встав таким образом, чтобы между нами оказался стул, на котором сидела, сжавшись, Дарья Васильева. Протеже Скворцова явно не понимала, что здесь творится, и как она оказалась втянута во всё это.

— Да что же с ними будет хорошего, если вы практически всю программу обучения меняете? — на глазах Пальменбах блеснули слёзы. — Когда вы говорили, что хотите видеть себя в окружении учёных дам, то я не думала, что вы имеете в виду это!

— Я вам повторяю, драгоценная моя Елизавета Александровна, — процедил я, устав слушать её истеричные крики, — двор сокращается, и такое количество фрейлин, которое выпускает Институт благородных девиц, не будет востребовано.

— Девочки это прекрасно знают, не все же после выпуска становились фрейлинами, — всплеснула руками Пальменбах. — Но они выходили из стен Института прекрасно образованными и могли составить блестящую партию любому умному мужчине!

— Вы и будете продолжать готовить этот цветник, но только в меньшем объёме, — захотелось стукнуть по столу кулаком, но я сдержался. — Что конкретно вас не устраивает? То, что на вашем попечении окажутся другие девушки, менее знатные?

— Я не понимаю, зачем это всё нужно, — Пальменбах закрыла руками лицо. — По вашему указанию я нашла учителей математики и естественных наук, чтобы девушки могли по желанию восполнить жажду знаний в этом направлении. Но разбивка воспитанниц на факультеты, что это вообще такое? Даже в университетах юноши слушают курсы на отдельных кафедрах…

— И это то, что я хочу исправить. Всесторонне образованные люди — это прекрасно, но не рационально, особенно в то время, когда в стране существует чудовищная нехватка просто образованных людей, — говоря это, я посмотрел на Васильеву, съёжившуюся под моим взглядом ещё больше. — Ваш институт, Елизавета Александровна, — прекрасный пример того, что можно готовить учащихся для чего-то одного, не распыляясь одновременно на юриспруденцию, медицину и философию. Потому что после такого обучения мы почему-то получаем на выходе очень мало юристов, медикусов, и даже философов.