— Его величество попросил меня продумать вертикаль власти, начиная с министерств, — начал Сперанский. — Время для их создания пришло. Кому будут подчиняться сами министерства, пока не обговаривалось, но, думаю, у его величества есть какие-то задумки на этот счёт.

— Я так понимаю, начинать его величество будет постепенно. Заменяя экспедиции одну за другой, где-то укрупняя, где-то, наоборот, из одной экспедиции делая не одно министерство, а несколько, — задумчиво проговорил Воронов.

— Скорее всего, — Сперанский смотрел перед собой. — Мы пока не говорили об этом. Но думаю, Александр Павлович хочет сделать переход как можно более безболезненным. А может быть, будет жёстко действовать, как с этими проклятыми табличками на домах.

— Ну, поживём-увидим, — философски заметил Воронов. — Думаю, недолго ждать осталось. Так что там с вертикалью? Полагаю, как обычно: министерство — губернатор, или назначенное лицо в губернии. Что тут ещё можно придумать?

— Нет, немного сложнее, — Сперанский ткнул пальцем в лист. — Вот, смотри, Павел Алексеевич, — он перешёл на «ты», и Павел кивнул, принимая правила игры, а Михаил продолжил. — Я думаю, что нужно будет назначить ответственных людей на местах, и не только в губерниях, но и в уездах и волостях. Так можно увеличить контроль за исполнением тех или иных приказов. Губернаторы, конечно, будут в курсе их деятельности, но подчиняться они будут непосредственно своим министрам.

— Ну, пока всё звучит логично, — осторожно проговорил Воронов. — На местах дворянство побурчит и замолкнет. Вы ведь не об этом хотели поговорить?

— Нет, — Сперанский вздохнул. — В своём Меморандуме, его величество, кроме всего прочего, упомянул о равенстве перед законом. В общем, чтобы он выполнил этот пункт, нужно менять судебную систему. И добиваться, чтобы никто не признавался виновным в преступлении огульно. Только после решения суда. И это должны быть именно суды, а не слово помещика. И суды должны быть разных уровней: от Верховного до волостного. И все они должны подчиняться, ну, скажем, Сенату. Это я просто пример привёл, может ведь быть и другое подчинение. Но не губернатору и не кому бы то ни было ещё, кроме Сената.

— Так, а вот это уже серьёзнее, — Павел нахмурился. — Ты никому это не показывал?

— Пока нет, — Михаил вздохнул. — Когда его величество приедет, я ему покажу. Это же только намётки. Просто мне нужно знать, куда двигаться дальше.

— Не знаю, — покачал головой Воронов. — Дождись действительно, что скажет Александр Павлович. Потому что, сдаётся мне, если твои намётки пустят в дело, то такой визг поднимется… Ты ещё предложи, чтобы чиновников принимали на службу, только если их образование это будет позволять.