— Дарья Ивановна, а почему вы ходите по улицам одна? У вас же есть слуги. — Глядя строго перед собой, спросил Скворцов.

— Сегодня они заняты, — пробормотала Дарья покраснев. Затем вздохнула. — Чтобы расплатиться с молочником, они сами предложили помогать ему по хозяйству. Как только у меня появятся деньги, я сразу же всё им верну, но пока, вот так.

Илья только головой покачал и покосился на Дарью. Благородная бедность, вот что это такое. Или она скоро снова удачно выйдет замуж, или вынуждена будет сдавать комнаты в своём доме, или же устроится к кому-нибудь гувернанткой. В любом случае её судьба незавидна.

Дом у Васильевой был довольно большой. Двухэтажный, с гостиной, столовой и тремя спальнями. Стоял он в конце улицы в живописном сквере. Правда, сейчас, зимой сквер вряд ли можно было назвать живописным, но летом здесь наверняка было приятно прогуливаться.

— Вы не зайдёте, господин Скворцов? — Даша замялась, прежде чем предложить мужчине зайти к ней в дом. — Простите, вы так и не сказали, как ваше имя-отчество.

— Илья Афанасьевич, — Илья молчал почти полминуты, прежде, чем ответить.

— Илья Афанасьевич, так вы зайдёте? Мне нечем вас отблагодарить за участие, но я могу напоить вас чаем по рецепту моей матушки, — Даша не хотела признаваться, что боялась оставаться одна, пока Матрёна с Савой отсутствуют.

Илья внимательно посмотрел на её взволнованное лицо, после чего вытащил из кармана часы. Сегодня встречи у Александра были запланированы после обеда, а текущие дела все были сделаны. К тому же Александр накануне сказал, чтобы Илья его рано в кабинете не ждал. Он хотел поговорить с Мудровым после осмотра её величества, и мог задержаться. Так что немного времени у него было, чтобы попить чай. Тем более, он прекрасно видел, что женщина чего-то боится.

— Ну, хорошо, — наконец, решил он. — Думаю, что могу позволить себе насладиться чаем по рецепту вашей матушки.

Не успели они войти, а Дарья запереть дверь, как раздался громкий стук, а потом пьяный голос прокричал.

— Вот значит как. Уже и мужиков водить к себе начала, блудница Вавилонская! Открывай! — в дверь, судя по звукам пнули что есть силы.

— Кто это? — Илья нахмурился и сделал шаг к двери, но Даша закусила губу и схватила его за руку, не позволяя подойти. — Дарья Ивановна, кто это?

— Сын моего покойного мужа, — она обессиленно опустилась на оттоманку, стоящую в небольшой прихожей. — Он вчера приходил и требовал впустить его.

— Это он вас ограбил? — Илья пристально смотрел на съёжившуюся женщину.

— Нет, — она покачала головой. — Не знаю. Пётр неплохой человек, я не знаю, что на него нашло.