Гуревич оглядел нас, скривился, но всё же снял с пальца перстень.

— Если с печаткой что-то случится, папа меня убьёт!

— Ничего не случится, — отмахнулся Воробей. — Костя, в кабину садись. Толстый, ты с нами.

Но Тихон замотал головой и попятился.

— Не, я домой.

Я останавливать его не стал и даже предложил:

— Лёня, вы нас в гараже подождать можете.

Гуревич глянул на перстень и тяжко вздохнул.

— Я с вами.

От его былого запала не осталось и следа, но и упускать из виду печатку он тоже не собирался.

— Наружу не суйся тогда, — предупредил Андрей Фролов. — А то Роман Маркович нам точно головы поотрывает. Всё, братва, по коням!

Мы погрузились в «буханку», и та тронулась с места, неспешно покатила по дороге. Усевшийся на скамью рядом со мной Андрей вдруг усмехнулся и пихнул локтем в бок.

— Не, так-то нам ещё повезло, — заявил он с кривой улыбкой. — С Кислым мы уже бодались, в крайнем случае Графа впрячься попросим. А прикинь — кто-то действительно серьёзный крышевать Лемешева взялся бы? Вот тогда мы бы конкретно встряли.

Я не стал напоминать, что мне затея с крышеванием не нравилась с самого начала, только передёрнул плечами.

— Не, он бы тогда сопли не жевал. Сразу бы нас куда-подальше послал.

— Тоже верно.

УАЗ остановился, и Рома раздражённо буркнул:

— Приехали!

Пацаны покидать кузов не стали, наружу выбрался я один, а Воробей принялся подсказывать Косте какие-то заготовки, фразочки и ответы на каверзные вопросы.

— И правую руку из кармана куртки не вынимай. Держи с понтом, что у тебя там ствол. Да прокатит, точно тебе говорю. В Москве сто раз прокатывало! И жвачку жуй. Типа, крутой. Жвачка есть у тебя? — успел расслышать я, прежде чем отошёл от автомобиля, отыскал на дороге небольшой камешек и кинул его в окно квартиры Лемешева. Звякнуло стекло, за тюлем проявился и сразу пропал силуэт человека.

— Он дома! — предупредил я и сунул руки в карманы олимпийки, дабы хоть чем-то их занять.

Несколько минут ничего не происходило, а потом из распахнувшейся двери чёрного хода вышел Лемешев. За ним последовала сожительница в зеркальных солнцезащитных очках с фирменной наклейкой и её братец. И если бригадир перегонщиков казался чем-то озабоченным, то его спутники даже не пытались скрыть злорадных улыбок. Ну всё, приплыли…

И точно — тут же на улицу повалила братва Кислого. Все в предвкушении развлечения, даже щеголявший распухшим носом Захаров. Или же — он особенно?

— Какие люди! — прогнусавил младший из братьев. — Вот так встреча!

Парни двинулись вперёд, но мигом притормозили, когда из «буханки» начала выбираться моя группа поддержки. Улыбки у наших оппонентов разом поувяли, а Лемешев так и вовсе нервно сглотнул, но вот Кислый-старший только презрительно скривился.