— Э! Стоп-стоп! Пацаны, вы чего? — опешил Романов. — Вы в натуре с Кислым занозиться решили?

— А у нас выхода нет, — вздохнул Андрей.

— Давайте просто не придём.

— Не прокатит. Не придём мы, придут они. Уже к нам. И что мы им скажем?

— А ничего не скажем, — сплюнул я. — Либо мы сейчас продавливаем свою позицию, либо признаём, что неправы. И тогда уже простым возвратом денег не отделаемся.

Рома напряжённо засопел, и Женя Зинчук дёрнул его за руку.

— Да успокойся ты! Главное, монтировку под рукой держи. Клёпа по жизни с пером ходит.

— Жека, ты совсем дурак?

— А чё? — фыркнул Зинчук, который до армии запросто мог ввязаться в драку просто по живости характера. Свербело у него в одном месте, проще говоря. Да и за старое поквитаться, полагаю, не прочь был.

— Бонифаций тоже с ножом, — предупредил я, вспомнив нашу прошлую стычку с братвой Кислого.

Воробей не выдержал и всплеснул руками.

— Да подождите вы! — потребовал он. — Объясните толком, в чём проблема!

Ну мы и объяснили. Тогда челнок потёр переносицу и уточнил:

— То есть, получается — вы правы?

— Ну да, — кивнул я. — Только Костя перегнул с крышеванием. За это и зацепятся.

— Это уже частности! — отмахнулся Воробей. — Главное, что был косяк, и деньги вы не просто так забрали, а в качестве компенсации. На это и надо упирать.

— Дима, ты как маленький! Да нас никто даже слушать не станет! — поморщился Андрей Фролов. — Было бы круто, конечно, на базаре съехать, только они сходу прессовать начнут. Не получится спокойного разговора!

— Нужен тот, кого станут слушать, — решил Воробьёв и оценивающе посмотрел на Чижа. — Костя, ты когда в город вернулся?

— Летом, а что?

— Пересекался уже с Кислым или его пацанами?

— Нет, — как-то не слишком уверенно ответил Чижов. — Не помню такого.

Тогда Воробей обратился уже ко всем остальным.

— Получается, они его не знают?

— Не должны, — кивнул Андрей. — Ты к чему это?

Вместо ответа челнок стянул с себя замшевую куртку и протянул её Чижову, следом сунул тёмные очки.

— Мастерку давай. Евген, с тебя цепь. И, Лёня, болт у тебя понтовый, тоже нужен будет.

Гуревич аж ладонью золотой перстень накрыл.

— Это папин!

— Да без разницы! Я свою кожанку тоже не насовсем отдаю! Костя у нас авторитетом будет, ему прикид соответствующий нужен. Иначе не прокатит.

— Они ж рано или поздно узнают, что я ряженый! — засомневался Чижов.

— И по фигу! Ты только не быкуй и знакомством с авторитетами не козыряй. Пальцы не гни, будь проще и говори по делу. Главное на себя наезжать не давай. Всё! Лёня, болт гони!

— Может, лучше пойдём? — заныл Толстый.