Вот тут девчонка угодила в яблочко. В сауну Валя Демидов зазывал далеко не каждого. Нет, к пацанам-боксёрам он приглядывался и некоторых из молодых даже привлекал к своим делам, но исключительно как шестёрок. Сходить, передать, забрать, присмотреть. В ближний круг подтягивал парней постарше, в основном знакомых по Десятке, уже отслуживших в армии. С июля бригада подросла человек до десяти-двенадцати, но я выдерживал дистанцию, а Демид особо не давил. Намекнул пару раз, что есть возможность неплохо зарабатывать, но и только.

— Ну? — поторопила с ответом Зинка.

— Не всех, — признал я. — Просто стараюсь с ним нормальные отношения поддерживать. Жизнь такая пошла, наперёд не знаешь, от кого какая помощь понадобится.

— И они прямо помогут, если попросишь?

— Всё от обстоятельств зависит. Голову себе этим не забивай. И помни, что я тебе сказал.

— Да помню! Помню! — легкомысленно отмахнулась девчонка.

Дыхание понемногу начало сбивать, дальше побежали молча. К концу второго круга втянулись и стало легче. Так примерно в одном темпе всю дистанцию и прошли, только под конец ускорились и выложились.

Потом, тяжело отдуваясь, потянули мышцы и отправились домой, только сначала сделали крюк по берегу озера до гастронома. Зинку попросили купить хлеб, который обычно разбирали уже часам к одиннадцати, и она взяла две свежайших горбулки и полбуханки ржаного для Бориса Ефимовича.

— А помнишь булочки за три копейки? — спросила девчонка уже после кассы. — Вку-у-усные! — протянула она. — Давно не видела.

Я только плечами пожал. Обычно после прогулки покупал какой-нибудь шоколадный батончик, но благодаря исключительному дядькиному везению в карманах гулял ветер, традицию пришлось нарушить. А только двинулись к пешеходному переходу, и Зинка встрепенулась, заслышав:

Что такое осень… [1]

Девчонка тут же свернула к киоску звукозаписи, но надолго там не задержалась, только перекинулась парой слов через крошечное окошко с продавцом и вернулась крайне разочарованной.

— Думала, новый альбом вышел, а это сборник, — поведала она мне.

— Ох, беда-беда, огорчение! — не удержался я от подначки.

Зинка нахмурилась.

— Тебе «ДДТ» не нравится?

— Не-а, не нравится, — сознался я.

— Но песня-то хорошая, согласись!

Тут спорить не стал, кивнул.

— Эта — хорошая. А так — одна перестроечная остросоциальная фигня.

Зинку будто шилом в известное место ткнули.

— Серёжа! — возмутилась она. — Может, тебе вообще русский рок не нравится?

— Почему не нравится? «Агата Кристи» очень даже нравится. Ещё «Браво» и «Машина времени».

— Серёжа, ты серьёзно? «Браво» — это какие-то ретро-стиляги, а «Машина» вообще эстрада, а не рок!