— Нет.

Петрович улыбнулся. Неживая у него улыбка вышла, нехорошая.

— Расслабься, Сергей, не на допросе. Мне до Большака дела нет. Меня ты интересуешь. Там ведь ещё девочку похищенную нашли, которая с тобой в одном подъезде жила. Неужели не слышал?

Возникло ощущение, будто ухнул в полынью и пытаюсь выбраться на лёд, а его края всё обламываются и обламываются под моим весом. И глупо на топорик в сумке уповать, не поможет.

— Слышал, — коротко ответил я, нервно потеребив замочек молнии.

— Ну вот! — Петрович вновь побарабанил пальцами по столу. — А после того вашего конфликта с Кислым я и решил к тебе присмотреться повнимательней. В зал пригласил, все условия для тренировок обеспечил. Да и в бригаде ты, если не заметил, на особом положении. Проявил себя, чего уж греха таить, неплохо, только в коллектив так и не влился, остался сам по себе. Таких раньше единоличниками называли. Некомандный игрок.

Наверное, тренер ждал какой-то реакции на свои слова, но я решил помалкивать. Сказать было нечего. Что же касается жалких лепетаний и оправданий, то они и мне противны были, и собеседнику не интересны.

— Если б не твой долг, слова бы не сказал, — тем временем продолжил Петрович. — Да и долг бы простил, только не могу. Непедагогично это. Люди не поймут, а нам разброд и шатание не нужны. Так, Валентин?

Демид кивнул.

— Ломать тебя через колено, Сергей, не хочется, а компромиссных вариантов мне видится только два, — начал подходить тренер к главному. — Не хочешь ходить строем, будешь выполнять разовые поручения со сдельной оплатой. Как раз нужен человек для решения проблем.

Я вскинулся.

— Это как?

— Как с Большаком. Есть люди, которые нам мешают. Будешь с ними разбираться, — с улыбкой пояснил Петрович и жёстко отрезал: — Только не говори, что в криминал лезть не хочешь. Не смеши меня! Ты уже по самую макушку замаран! Поздно пить «Боржоми», когда почки опустились!

Сказать, будто я выпал от услышанного в осадок, не сказать ничего. В голове просто не укладывалось, что мне вот так просто и буднично предлагают поработать наёмным убийцей. Ещё и преимущества расписывают: списание долга, свободный график, сдельная оплата. Охренеть…

— А второй вариант? — спросил я, судорожно сглотнув.

— Гуревич, — коротко ответил тренер и пояснил: — Сдай нам его и в расчёте. — Он оценил мой изумлённый вид и вскинул руку. — И не надо о Юре-Колобке вспоминать, убили его и крыши у Гуревича больше нет. Зато есть сахар. На сколько он по рыночным ценам потянет? Миллионов на тридцать — тридцать пять?

— Где-то так, — подтвердил я, сбитый с толку осведомлённостью собеседника.