Андрей только пожал плечами.

— Непонятно пока. Я спрашивал, Гуревич ничего конкретного не ответил. К нему пока никто не подкатывал, работаем в прежнем режиме. И он по сахару сказал ускориться. Бери больше, кидай дальше. Прям как в армии.

Я увидел направлявшегося к нам от гастронома Сашу Романова и кивком указал на него, замолчали. Рома подошёл, посмотрел на меня, перевёл взгляд на Фролова и вдруг спросил:

— Пацаны, вы где такие шапки надыбали?

— У Воробья.

— О, тоже хочу!

По случаю холодов он надел тёмно-синий «петушок» с надписью «Adidas», который в отличие от наших «носков» не выдерживал с лыжными шапочками никакого сравнения.

— Скидку у него требуй, — посоветовал Андрей.

— Само собой! — фыркнул Рома и покачал матерчатой сумкой. — Время обедать!

В мебельный салон мы не пошли, разложили немудрёную снедь на пассажирском сиденье буханки, стали полукругом, нарезали заныканным в машине ножом батон и колбасу, разломали пару плавленых сырков «Дружба».

— Поллитры остро не хватает, — вздохнул Рома, пальцем проткнул пробку на бутылке кефира, сдёрнул её и кинул под ноги смятый комочек зелёной фольги.

Мы с Андреем перекусили в сухомятку.

— И как торговля? — спросил я, отряхнув с ладоней хлебные крошки.

— Потихоньку, — неопределённо повертел пальцами Андрей. — Но идёт.

И точно — пока мы перекусывали, Воробей не стоял без дела и общался с потенциальными покупателями. Немного погодя подошёл, незаметно передал Роме ваучер, получил у Андрея тощую стопочку заранее отложенных купюр и вернулся на рабочее место.

— Больше, конечно, просто шмотки покупают, — пожаловался Фролов. — Но и ваучеры иногда продают. За «Рояль» неплохо сдают, а медицинского спирта уже не осталось. Евген поинтересовался, можно ли ещё по бартеру взять, но пока ничего не ответили.

— Когда нам заплатят? — спросил Саша Романов. — Второй день без денег сижу!

— Сегодня всё будет, — пообещал Андрей, правда, как мне показалось, без особой уверенности в голосе.

Я постоял ещё немного, потом решил пойти домой, но меня придержал Фролов.

— Завтра сможешь здесь подежурить?

Вопрос неожиданным не стал, и я кивнул.

— Возьму на себя вторую половину дня. И не только завтра.

— Ну и зашибись.

Андрей расслабился, словно одной головной болью стало меньше, но тут же напрягся пуще прежнего. Я проследил за его взглядом и увидел вывернувшую с Гагарина «оку».

Ага, Толстый прикатил! Ну и что он нам привёз сегодня: деньги или очередные отговорки? Боюсь, всё же второе…

Сначала из автомобиля выбрался Лёня Гуревич, потом после долгой заминки наружу будто бы нехотя вылез Тихон. Андрей только глянул на его постную физиономию и сразу хрустнул костяшками, заранее разминая пальцы, но при всех угрожать нашему упитанному однокласснику не стал, лишь многообещающе тому улыбнулся.