— Да полно крутых пластинок!

— Все на компакт-диски переходят.

— Блин, здесь тоже можно любую композицию выбирать! Всё одним нажатием кнопки делается!

— Не гони.

— Отвечаю! Там фигня какая-то оптическая в игле, она нужное место ищет!

Я покачал головой.

— Не, Стас. И не надо, и денег нет.

— Можно не деньгами. «Элениум» или «реланиум» возьму.

Покачав головой, я двинулся дальше, но Рыжов почти сразу окликнул.

— Серый, на минуту!

Ожидал просьбы ссудить денег, да только Стас сумел меня удивить. Когда я вернулся, он, почёсывая руку, спросил:

— А ты с кем сейчас: с демидовскими или зоопарковскими?

— Какими ещё зоопарковскими?

— Это те, кто с Андрюхой Фроловым. Не в курсах, что ли?

Я припомнил вырвавшееся у кого-то из братвы Кислого на недавней стрелке словечко «зоопарк» и понял, что то пошло в народ. Ну и нормально. Компанию, где есть Енот, Крол, Чиж и Воробей могли куда как паскудней обозвать.

— Определюсь на днях и обязательно тебе скажу.

Я похлопал Стаса по плечу и вернулся к Зинке, а когда мы отошли, та оглянулась и сказала:

— Странный он какой-то.

— Наркоман.

— Я так и подумала.

Мы вошли в подъезд и вызвали лифт, а уже в кабине я предложил:

— Может, зайдёшь?

— Ой, Серёжа, только не начинай! И так мама ругаться будет, что весь день где-то пропадала. Да и голова у меня чего-то разболелась.

Пришлось жать кнопку седьмого этажа. Прежде чем отпустить Зинку, я её поцеловал, а после этого девчонка вдруг напомнила:

— Ты так и не ответил на вопрос!

— На какой ещё вопрос?

— О стрижке Алёны. Интимной!

Вспомнилась полоска светлых волос, и поскольку тема эта была донельзя скользкой, я ответил после явственной заминки, тщательно выверив слова:

— Ну, она блондинка, ей идёт. А тебе не знаю даже…

— Да я и не собиралась! — выпалила Зинка с каким-то очень уж наигранным возмущением.

— Тебе и так хорошо.

— Ты-то откуда… — начала было Зинка, сразу осеклась и покраснела, но быстро переборола смущение и фыркнула. — Ой, да что ты рассмотрел-то! Там темно было!

Щёлкнул замок входной двери, и девчонка, прикрыла рот ладошкой, сдавленно пискнула.

— Зина, это ты? — послышался голос тёти Софьи.

— Да, мам! — заглянула Зина в «карман». — Сейчас иду!

Я тоже показался и поздоровался, ну а дальше мы стоять на лестничной клетке не стали и разошлись по квартирам. Закуски на фуршете были хоть и разнообразными, но не слишком сытными, поэтому, переодевшись и вымыв руки, я отправился прямиком на кухню. Распахнул дверцу отчаянно дребезжавшего холодильника, постоял так недолго, заглянул в обросшее наледью отделение морозильника, но ничего удобоваримого не обнаружил и там. Тогда пошарил в шкафах. В итоге поставил на плиту кастрюльку с водой, а когда та закипела, засыпал макароны, решив заправить их половиной банки кильки в томатном соусе.