— Жека, открывай!
— Страхую! — предупредил я и ухватил Чижова одной рукой за воротник, а другой за полу короткой куртки, придержал так, дабы парень не вылетел на дорогу, если машину вдруг тряхнёт на случайной выбоине.
Зинчук толчком распахнул задние дверцы, Костя подступил к самому краю и высунул наружу муляж ружья. У водителя отчаянно сигналившей нам чёрной «девятки» оказалось всё в порядке и со зрением, и с воображением — он в один миг представил, что станется с ним после выстрела с такого расстояния из дробовика и ударил по тормозам. Передок автомобиля клюнул вниз, машину повело, и она съехала в канаву на обочине.
А мы — погнали дальше!
— Рома, жми! — скомандовал Андрей, и «буханка» зарычала мотором, вновь набирая скорость.
Но на таран идти никто не собирался, просто пытались выиграть время. УАЗ резко затормозил перед загородившей дорогу легковушкой, мы едва устояли на ногах. Сразу выскочили из кузова и рванули к зелёному «москвичу»; я с газовым револьвером, Костя с муляжом двустволки.
— Замерли, суки! Завалю!
Водитель лихорадочно задёргал ручку переключения передач, но движок заглох, и я распахнул дверцу, выволок его из салона, ударом револьвера по голове повалил на землю. Пассажир выскочил из «москвича» сам, это оказался купивший кожанку мужичок, и обежавший автомобиль Чиж сходу пнул его в живот, а потом добавил и прикладом.
— Куртку, падла, снимай!
Я сунулся в салон, выставил нейтральную передачу и крикнул:
— Навались!
Андрей и Жека упёрлись руками в багажник, и мы оттолкали автомобиль к забору, освободив проезд.
— Валим! — скомандовал Фролов. — Костя, да брось ты его!
Чернявый расставаться с обновкой не желал и закрывал голову руками, Чижа пришлось оттаскивать от него чуть ли не силком.
— Валим!
Мы рванули к миновавшей узкое место «буханке» и только заскочили в неё, как Рома ударил по газам. Рыкнул мотор, завизжали шины, и УАЗ резко тронулся с места, побежал по дороге, всё набирая и набирая скорость.
За теплопроводом начался частный сектор, «буханка» едва вписалась в очередную арку и помчалась мимо одноэтажных домишек.
— Скорость сбрось! — потребовал Андрей. — Собьёшь кого-нибудь!
— Елочкой уходи! — добавил я. — Налево-направо!
— Идите в жопу! — в сердцах выругался Рома и резко вывернул руль, нас бросило на стенку, посыпались пустые картонные коробки. Но никто не протестовал, ведь было непонятно, отстали от нас преследователи или до сих пор висят на хвосте.
Минут пять УАЗ трясся на грунтовых дорогах, потом выскочил на асфальт и пошёл куда плавней. Мы возвращались в город.