— Уж больно давно этот ваш Корчагин у нас деньги получал за эту статью. Всё-таки семь лет, даже не скажу сразу, сохранились ли у нас документы. Так-то пять лет, а потом уничтожаем.

— Но надежда есть?

— Надежда всегда есть, молодой человек. — Женщина уверенно шла по полуподвальному помещению в какое-то определенное место. — Вот тут у нас должны быть папки по авторским гонорарам за восемьдесят второй год. Март или апрель, да?

— Не знаю, статья опубликована в марте.

— В марте. Тогда апрель отпадает. Февраль или март ищем. Если вы мне поможете…

— Мне не трудно, что искать?

В четыре руки на одной из полок, даже не очень пыльной мы всё-таки нашли нужную папку.

— Есть куда записать данные? — А как иначе, в это замечательное время, ни ксерокопию сделать, ни сфотографировать нужный документ — только ручками, только под запись. И это еще хорошо, что у меня не официальное расследование, а оперативный розыск. А то бы каждую копию от руки пришлось бы заверять протоколом. Ну или перечень из нескольких копий. Когда-то само слово «список» означало копию какого-нибудь текста.

Ничего, зато в результате я получил данные об авторе: имя, отчество, фамилию, дату рождения и место проживания — полный комплект! Одна беда, место жительства за эти годы могло и устареть. А учитывая возраст… разыскиваемый на год старше моего официального возраста — самый мобильный возраст. Не в институт, так в армию, не в армию, так еще куда-то. Хотя… с его литературными талантами, если парень не подставной, прямая дорога в институт. И тоже информация к размышлению: на момент написания статьи Михаилу Корчагину должно быть четырнадцать лет. Это значит, что он или такой-же попаданец, как я, или подставное лицо. Какие шансы найти его? Весьма неплохие. Какова вероятность что он случайный человек? А тоже большая. Не может так повести с первой попытки.

Ехать в Новомурьинск не потребовалось, хватило запроса в центральный паспортный стол этого недалекого городка. И да, я оказался прав хотя бы в том, что кадр оказался весьма мобилен. Сначала парень сменил постоянную прописку, когда переехал по другому адресу в том же городе. А потом в восемьдесят четвертом году он выписался от родителей (как я понял) и убыл по адресу временного проживания в городе Москва. Ура, товарищи — клиент-то совсем рядышком! От площади Дзержинского до Моховой, где расположен факультет журналистики МГУ всего пятнадцать минут. Вот, значит, где ты обосновался, Корчагин. Одно непонятно, шесть лет назад поступил, уже диплом должен получить, вроде… Семен-Семеныч! Студентов в армию забирают с первого-второго курса, так что Миша у нас заслуженный дембель, судя по всему. Или хронический больной с академкой, но вряд ли. Уж больно ловок парнишка. Это кем надо быть, чтоб из своих Бельдяжек аж в МГУ поступить, причем сразу после школы.