— Некоторые уже пытались! — хмыкнул я. — Их уже закопали.
— Мне импонирует твоя смелость, — сказала Ольга. — Но я прошу тебя быть осторожным. Ради меня! — она прижала руки к груди.
— Угораздило же меня влюбиться в наследницу!
— Ты жалеешь? — глаза у нее повлажнели.
— Нет! — сказал я и обнял ее. — Ни о чем не жалею и сделаю так, как ты просишь.
— Мы будем писать друг другу.
— У меня плохой почерк.
— Я разберу, — улыбнулась она, отстранившись. — Только пиши. Я буду ждать твоих писем.
— На какой адрес слать? Москва, Кремлевский дворец?
— Нет, конечно! — засмеялась она. — Держи! — она достала из сумки листок. — Здесь адрес Лены. Письма будешь отправлять на ее имя. В конверт вложишь другой — для меня. Она передаст.
Умная девочка! Все предусмотрела.
— Ладно! — сказал я.
— А еврейку эту отошли! Мне неприятно знать, что она подле тебя.
— Я к ней равнодушен.
— Все равно! — топнула она ножкой.
Ну, вот, уже командует. Я поколебался и кивнул. Мы поцеловались, и Ольга ушла. А я остался думать над тем, что произошло. Вот уж влез! С Ольгой понятно: пациентки часто влюбляются в лечащих врачей. Ну, а я-то с чего? Но ведь, вправду, нравится. Ни к одной женщине в этом мире я испытывал таких чувств, даже к Лизе. А ведь та красавица, да еще какая! На меня смотрит, как раненая лань на охотника, но душа к ней почему-то не лежит. А вот к этому воробушку…
Куда я лезу? Точно грохнут. Расклады наверху серьезные, и нежданный фактор в лице какого-то зауряд-врача многим не понравится. Говоря Горецкому, что меня убьют, я имел в виду совершенно другое. Врача, который лечит лейкоз, разорвут на куски. Других таких нет, а болеют многие. В том числе правители, аристократы и миллионеры. Все хотят жить. На меня начнется охота… Вот блин! Опасался одного, а получил другое, причем, куда более серьезное.
Подумав, я достал из буфета бутылку рома. Напустил себе бокал и осушил двумя глотками. Да идет оно все!.. Пусть все течет, как сложилось. С проблемами будем разбираться по очереди.
Я не знал, что они начнутся уже завтра…
1 Парвеню — человек незнатного происхождения, добившийся доступа в аристократическую среду и подражающий аристократам в своем поведении, манерах; выскочка.
2 Слова Михаила Матусовского.
3 Стихи Алексея Фатьянова.
15.
Утром следующего дня меня позвали к начальнику госпиталя. Зайдя в кабинет, я увидел Загряжского и Бурденко. Поздоровался.
— И вам здравствовать, Валериан Витольдович! — отозвался Загряжский. Бурденко кивнул. — Проходите, присаживайтесь.
Я подчинился. Загряжский посмотрел на меня, затем на Бурденко. Николай Нилович выглядел мрачно.