— Ловко! Кто ж этот молодец?
— Зауряд-врач Довнар-Подляский. Известная личность, между прочим. Говорят, талантливый хирург, Брусилова спас.
— Как вы узнали?
— От Полякова. Давид Соломонович пожаловался мне на засилье разбойников в Минске. Его дочь и была той нечаянной жертвой.
— Елизавета Давидовна?
— Она самая.
— Повезло этому хирургу! Желал бы я оказаться на его месте.
— У вас есть свое, Аркадий Матвеевич, и оно может статься куда выигрышней.
— Понял, Петр Семенович! Что требуется?
— Поговорите с другими офицерами. Обрисуйте им ситуацию и перспективы. Вас они послушают. Я, конечно, могу приказать, но лучше, если предложение поступит от вас. Вы с ними на дружеской ноге.
— Что могу обещать?
— Если задержание агентов пройдет гладко, и мы получим необходимые доказательства, то всех причастных к операции представлю к наградам. Кого к повышению в чине, кого — к ордену. Никого не забуду.
— Благодарю, Петр Семенович! — штаб-ротмистр вскочил и щелкнул каблуками. — Непременно поговорю! Полагаю, они согласятся.
— Вот и замечательно! А я навещу полицмейстера. Не задерживаю, Аркадий Матвеевич!
Штаб-ротмистр боднул головой и вышел. Подполковник снял фуражку с вешалки и водрузил ее на голову. «Ловок этот убийца! — подумал, выходя из кабинета в приемную. — Так обставить дело! Выстрел — и концы оборваны. Как на Еврейской улице», — он мысленно хохотнул.
Адъютант в приемной, завидев начальника, вскочил.
— Прикажите, голубчик, подать мой автомобиль, — приказал подполковник.
Офицер кивнул и выскочил из приемной. «Может этот Довнар-Подляский и есть тот агент? — подумал подполковник. — Больно ловок. Нет, — решил мгновением погодя. — Зачем немцу зауряд-врач? Что он может знать в своем лазарете? Связи не просматривается. Совсем разные случаи».
Вернулся адъютант, и подполковник забыл об этой мысли. Он так и не узнал, насколько близок был к разгадке.
11.
В семь вечера извозчик привез меня на улицу, где стоял дом Поляковых. К воротам подъехать не удалось: дорогу загромождали экипажи. Кучера сидели на облучках или толпились у колясок. Все ясно: собственные выезды гостей. Содержать их — как автомобиль с водителем в моем мире. Не бедные гости у Поляковых…
— Далее не могу, — сообщил извозчик. — Звиняй, твое благородие!
— Держи!
Я протянул ему полтинник.
— Прибавить бы, — вздохнул извозчик. — На овес для кормилицы, — он указал кнутом на лошадку.
— Ей на овес или тебе на водку?
— Как можно⁈ — извозчик перекрестился. — Всей ей, родимой.
— Ладно, — сказал я и заменил полтинник рублем. Не буду жадничать. Лошадка у извозчика выглядит сытой, извозчик — трезвым. Пусть порадуются на пару.