— Поздравляю! — Бурденко вернул мне диплом. Я поймал взгляд Загряжского и протянул бумагу ему. Тот взял и пробежал глазами.
— Что и требовалось, — сказал, положив диплом на стол. — Осталось определить структуру и штаты будущего батальона. Без этого приказ не подпишут.
Они посмотрели на меня.
— Через час будут, — сказал я…
17.
— Ваше превосходительство! Военный врач, надворный советник Валериан Витольдович Довнар-Подляский. Представляюсь по случаю назначения меня начальником медицинского батальона вверенной вам дивизии!
— Приветствую вас, господин надворный советник! — кивнул Беркалов. — Снимайте шинель и проходите к столу. Поговорим.
Посетитель подчинился. Когда он, сняв шинель и фуражку, повернулся к столу, генерал едва не присвистнул от удивления. Китель врача украшали два ордена. И один из них, как разглядел Беркалов, был Георгием четвертой степени.
— За что? — спросил генерал, указав на Георгия, когда гость устроился за столом.
— Отбил нападение немцев на лазарет.
— Сколько их было?
— Эскадрон драгун.
— А вас?
— Я и пятеро раненых.
— И вы справились⁈
— Если быть точным, отбили одну атаку. Положили полтора десятка драгун, потеряв при этом троих своих. Потом подоспели казаки.
— Где учились воевать?
— В окопах. Начинал вольноопределяющимся Могилевского полка седьмой дивизии.
— У Александра Семеновича?
— Так точно.
— Странная у вас биография. Почему сразу не врачом?
— Документов не было. Учился в Германии и бежал, когда началась война. Спешил, чтобы не интернировали, поэтому не успел захватить. В окопах заболел аппендицитом. После операции в лазарете разговорился с начальником госпиталя. Тот проэкзаменовал меня и нашел мои знания достаточными. Похлопотал о звании зауряд-врача.
— Врачей не хватает, — согласился Беркалов. — А Владимир за что?
— Сохранил жизнь командующему фронтом. Его доставили к нам с тяжелым ранением в грудь. Начальник лазарета оперировать не мог: при нападении немцев пуля пробила ему руку. Пришлось мне. Операция прошла успешно.
— Погодите! — сказал генерал. — Так это вы оперировали Брусилова?
— Так точно, ваше превосходительство!
— Давайте без чинов, Валериан Витольдович. Вы хоть не офицер, но доктор боевой. Таким, как вы, мы всегда рады. Меня зовут Евгений Александрович. Слыхал я про историю с Брусиловым. К нам каким ветром? После спасения командующего вас должны были милостями осыпать.
— Так и осыпали. Но я повел себя неправильно. Нужно было лизнуть, а я гавкнул.
Беркалов расхохотался.
— Рассмешили, Валериан Витольдович, — сказал, вытерев выступившие от смеха слезы. — Надо будут запомнить. Как вы сказали? Следовало лизнуть, а я гавкнул? Сразу видно фронтовика. Мы тут не расшаркиваемся, говорим, как есть. А теперь объясните мне, что такое медицинский батальон? И чем вас лазарет не устраивает?