Если же чистильщик обнаруживает плесень любого вида — он обязан немедленно прервать работу и тут же оповестить ответственное лицо. В моем случае — бригадира. Плесень — один из страшнейших бичей сурверов. А кто-то считает ее самой опасной — из-за ее незримости. Особенно страшна черная плесень. Хуракан пережил четыре вспышки этой заразы, и каждая длилась годы — до обнаружения и принятия мер — и отняла здоровье у сотен и жизни у десятков. Поселяясь в том или ином секторе нашей протяженной вентиляционной системы, где давно уже сдохла большая часть всех сканеров, анализаторов и датчиков, черная плесень посылает свои споры повсюду, и при вдыхании живым организмом она наносит первый удар, для начала оседая в легких, бронхах и всевозможных пазухах организма… Беда в том, что вдыхающие эту заразу ничего не замечают до поры до времени… пока у них не вылазит онкология, астма и пневмония, психотические расстройства…
Так что обнаружь я здесь черную плесень… это вызвало бы невероятный всплеск дикой паники по всему Шестому уровню. А следом повлекло бы за собой блокировку, карантин и масштабные обеззараживающие действия вроде продувки вентиляции специальными аэрозолями. Ну а потом полетели бы головы — виноватых бы обязательно отыскали. В тот последний раз, когда черная плесень нанесла колоссальный вред Пятому уровню, судебные приговоры были максимально суровы — огромные сроки, казни и вроде как даже изгнание целой группы высокопоставленных лиц. Тут поневоле задумаешься, что лучше — быстрая милосердная казнь или отправка в зараженные жесткой радиацией земли там, наверху…
Мы все, кстати, раз в год проходим специальное обучение по своевременному обнаружению, распознанию и тому подобному. А заодно расписываемся на специальных бланках, подтверждая, что осведомлены об ответственности за недонесение, халатность и прочее, и прочее… Найди кто после меня здесь очаг уже разросшейся заразы любого вида — мне конец. Так что это весьма весомая причина, почему никто не рвется на эту работу и почему я каждый день могу честно заработать хотя бы несколько монет. Попутно мы еще расписываемся и на обязательстве подмечать и сообщать обо всем, пусть не связанном с нашей работой напрямую, но угрожающем Хуракану — протечки, трещины и тому подобное.
Что ж — в своей ночной прогулке я не обнаружил ничего такого. Опираясь на поручень тележки, я развернулся и тяжело зашаркал по тускло освещенному коридору. Выключатель на той стороне, и если не выключу освещения после завершения работы, меня ждет нехилый штраф, плюс придется оплатить все сожженное электричество. Я пару раз так налетал, теряя недельный заработок… Растревоженные работой ребра противно заныли, в шее начались уколы резкой боли, и пришлось сожрать еще одну таблетку совсем недешевого обезболивающего.