— Ты промолчал, — заметил Инверто.

— Мы поработали очень неплохо, — ответил я чистую правду, заглянув в усталые глаза Босуэлла. — Просто я только сейчас понял, что главную и самую сложную часть работы сегодня сделал ты. И это не лесть.

— Знаю, что не лесть, — кивнул он и со стоном потянулся всем телом. — Дай мне кто выбор — и я бы предпочел шесть часов кряду вымывать грязь и застарелое говно из всех углов, чем столько же времени беседовать со всеми этими… уважаемыми персонами. И нет, я не говорю, что они плохие люди, но… иногда просто хочется вот такого разговора, как у нас с тобой: почти без масок, без наигранных эмоций и слишком широких улыбок. Согласен?

— Согласен.

— Вот и молодец. А как тебе пара моих новых приобретений?

Их я уже заметил, но тоже тактично промолчал, хотя был удивлен и даже где-то чуток позавидовал.

В кабинете Инверто Босуэлла появился большой и сверкающий вишневой краской старинный сейф с хромированными элементами, а чуть поодаль на стене повисла тяжелая на вид боксерская груша.

Сейф — это круто.

Мы — сурверы и сами сидим взаперти. Так что любовь к надежно запирающимся стальным коробкам у нас в крови.

— Купили?

— Это подарки, но подарки желанные. Сам ведь знаешь, как говорится в хорошей поговорке: деньги и мысли держи под замком, — улыбнулся Босуэлл и, допив коктейль, потянулся ко мне: — Давай допивай уже, Амос. Вечно ты цедишь по капле…

— Самоконтроль, — напомнил я, вливая в себя алкоголь.

— Ты парень крепкий, — отмахнулся он и забрал бокал с красной чертой. — Рассказывай, как у тебя прошли последние два дня. Было что-нибудь интересное?

Подняв глаза к потолку, я подумал и кивнул:

— Было. Хотя скорее смешное и мерзкое одновременно, но не особо интересное.

— И что же это такое?

— Случился небольшой конфликт с Всхрюком Маккоем, после чего он захотел врезать мне, но промахнулся, распорол руку, а когда попытался поднять по вертикальной лестнице, то сорвался и хлопнулся на пол — прямо в лужу. Голову ему я успел поймать, так что затылком он не приложился.

— Погоди-ка… — Инверто уставился на меня с изумлением. — Всхрюк Маккой? Ты говоришь про… — пощелкав пальцами, он наставил на меня указательный: — Илий? Илий Маккой, один из руководителей Тэмпло, принадлежащего роду Якобс. Ты про этого уважаемого сурвера сейчас говоришь?

— Про него самого.

— Я слышал о его прозвище, но… Погоди-ка… — смешав коктейли, он передал мне бокал, сделал пару больших глотков и, резко поднявшись, занялся кодовым замком на дверцах шкафа за спиной своего кресла.

Когда шкаф открылся, оказалось, что в нем полным-полно пронумерованных и отмеченных буквами выдвижных ящичков. И Босуэллу понадобилось меньше минуты, чтобы отыскать нужную ему карточку и вернуться в кресло. Наспех пробежав карточку глазами, он положил ее на столешницу, взял ручку и, отвинчивая колпачок, попросил: