— Можешь удалить и заблокировать автора, — заявляет подруга.

— Да все нормально. Это почти единичный случай.

Выдыхаю с облегчением.

— Похоже, я не разлучница, Лиз. По крайней мере большинство так не думает.

— А я тебе что говорила? Мила, ты хорошая девушка. А то, что твой друг в прошлом напортачил, так это его вина. К тому же, все можно исправить. Вообще не запаривайся.

Молча киваю, продолжая листать. Глаза вдруг цепляет знакомый ник. Алекс0101 на английском.

«Здравствуй, автор! Я думаю, что все эти испытания тебе даны, как Золушке, чтобы после всех переживаний ты обрела счастье со своим принцем».

— Алекс написал.

— Что пишет? Зовет на свидание?

— Да нет, он написал комментарий.

Сердце сжимается от любви к нему. Щеки краснеют, в животе все переворачивается, прямо как в детстве.

— Что написал?

— Что мы будем счастливы, как в сказке.

— Ты опять вызываешь у меня зависть.

— Да я сама себе завидую. Не могу поверить, что это происходит.

Слышу, как хлопает входная дверь.

— О, может Алекс приехал!

Быстро прощаюсь с подругой, разглаживаю футболку и шорты. Чинно выхожу из комнаты.

В прихожей стоит папа. Недовольный, губы сурово поджаты.

— Пап, что-то случилось?

Он поднимает на меня глаза и вздыхает.

— Ничего, Мил. Маму позови.

Делаю, что он говорит и прячусь в комнате, понимая, что он не хочет, чтобы я слышала их разговор. Слушаю, сжимая кулаки от злости. Потом мама набирает в ванне ведро воды, берет тряпку и несет папе. В этот момент я не выдерживаю.

— Я сама пойду, пап.

— Не выдумывай мне тут! — злится он. — Сиди дома и не высовывайся! А то напорешься еще на этих малолеток.

Он уходит, а мама обнимает меня.

— Все будет хорошо, — приговаривает она.

Но заклинание не работает. Собираю волосы в хвост, надеваю кроссовки и выхожу, спускаюсь на первый этаж, где кто-то красными буквами исписал стену.

Мила из 36-й шлюха!

Мила Птичкина умри!

Внутри все ухает вниз, слезы застилают глаза, но я беру себя в руки и забираю у папы тряпку. Он требует ее назад, потом просит, а затем просто садится на лестницу и ждет, пока я закончу.

Когда мы возвращаемся в квартиру, я сразу плетусь в душ. Руки гудят от усталости, живот и челюсть сводит. Сама не замечая, я все это время пребывала в напряжении.

После купания возвращаюсь в комнату. Закрываю ноутбук с поддерживающими комментариями и ложусь в кровать. Одеяло служит стеной между моим миром и жестоким внешним, где не каждый задумается, прежде чем сделать такую гадость.

Не слежу за временем. Только несколько раз отказываюсь от еды и от чая. В какой-то момент слышу мамин отдаленный голос. Мозг в полусне, поэтому я не улавливаю, о чем она говорит, но она еле сдерживается, чтобы не закричать.