— А мы вот леса вовсю сводим, — поддержал я разговор. — Нужны новые пашни. Клейты плодятся как мыши в амбаре. Всех не прокормишь.

— У нас тоже так, — кивнул Клеон. — По закону надел отставного воина наследует старший сын, а остальные идут служить. Но сейчас людей так много, что места в войске уже покупают за золото. У ванакса нет столько легионов, сколько есть крепких парней, которые ищут свою землю.

— Ох! — только и смог вымолвить я, увидев истинное чудо. — Это она? Она, да?

— Это она! — с гордостью ответил Клеон. — Великая пирамида, усыпальница царей и храм Священной крови. Она на двадцать локтей выше, чем пирамида Хуфу в Египте. Сначала ее хотели построить на острове Ортигия, но потом царь Эней, да славится он среди богов, передумал и велел сложить ее на Сикании, прямо у каменоломен. Воистину, это было мудрым решением.

— Сколько же ее строили? — дрогнувшим голосом спросил я, глядя на чудовищно огромный, идеально белый треугольник, неумолимо надвигающийся на меня.

— Около сорока лет, — ответил Клеон. — Работали без спешки. При царе Энее сделали подземный уровень, Лабиринт и выложили несколько первых рядов. А потом цари Ил и Александр достроили пирамиду. А уже после них блоки оштукатурили, облицевали мраморными плитами и возвели у ее подножья храм Священной крови.

— А кто это? — спросил я, разглядывая бронзовую фигуру у входа в порт. — Человек с бычьей головой! Это Минотавр?

— Да, — кивнул Клеон. — В образе человека-быка первозданный Океан сочетался с Великой Матерью, породившей бога Сераписа. Молодой бог сошел на землю в человеческом облике, в облике царя Энея, спасшего мир от гибели. Он подарил людям Маат — истину, порядок и справедливость. Он подарил нам священные заповеди, деньги, математику, шахматы и боевые корабли. Царь Эней, да славится он среди богов, создал первый легион.

— Да, мы, кажется, все это проходили. Серьезный парень, — с уважением протянул я, но понят не был. Клеон смотрел на меня с возмущением.

— Он бог! — сказал друг, пылавший негодованием. — Да как у тебя язык повернулся сказать такое. Вот сходим к пирамиде, сам увидишь!

— А можно? — жадно спросил я.

— Это же храм, — удивленно посмотрел на меня Клеон. — Каждый может поклониться прародителям священного ванакса и ванассы.

— Царица — родственница царя? — спросил я, никогда раньше не задумываясь о таких материях. — И не боятся они детей больных родить?

— Она же его сестра! — еще больше удивился Клеон. — И они не муж и жена. Этот варварский обычай давно запрещен.

— Да? — задумался я. — Так жена царя — не царица?