— Теперь верю, — со вздохом протянул Клеон. — Завидую! Ты взял оленя с трех сотен шагов. С ума сойти!

— Ты завидуешь мне? — поразился я. — Мне? Ты восьмой наследник Вечной Автократории. Как ты можешь завидовать какому-то кельту, который скоро уедет жить в свою дымную избу?

— Я не наследник, — ледяным тоном ответил Клеон. — И уж точно не восьмой, скорее девятый. У ванакса есть сын, Архелай-младший. Он болен, и поговаривают, что ему осталось недолго. Вторым идет сын ванассы Хлои. С ним тоже все плохо. Он не появляется на людях уже третий год. Одни говорят, что он сошел с ума, а другие — что он подцепил дурную болезнь в портовых трущобах и теперь гниет заживо. Я думаю, второе. Он всегда был неразборчив, срывая цветы на своих ночных прогулках. Ванакс пока не признал никого из семи сыновей от младших жен, и никто их них не может считаться наследником. Даже если случится чудо, и отец меня признает, я всего лишь третий.

— Да-а, сложно у вас все, — сочувственно протянул я, мимоходом отметив, что сифилис сюда уже привезли. Теперь-то гонка за гербом, которую развернула Эрано, мне стала понятна. Дамочка целит на самый верх. Ни одного признанного бастарда, а два законных наследника больны. Осталось только отца грохнуть, пока еще какая-нибудь другая резвая мамаша не подсуетилась с признанием.

— Ты же систему наследования в гимнасии проходил, — усмехнулся Клеон. — Со времен Энея Сераписа очередь на трон незыблема. Сначала идут сыновья ванакса от главной супруги, а потом сыновья его сестер по старшинству. При Александре Победителе добавили, что после них идут сыновья наложниц. У царя Энея никаких наложниц не было. Странно, конечно, но он ведь бог, ему простительны любые чудачества. Так вот, у ванакса Архелая только одна сестра, потому что он сам рожден от младшей жены. Скажи, Бренн, ты спал на уроках? Как тебе вообще красный диплом дали?

— Я обаятельный.

— С этим не спорю, — хмыкнул он. — Ты даже матери моей нравишься. А ей вообще никто не нравится. Ты первый на моей памяти.

Он точно знает о моем разговоре с Эрано. А уж она-то ему сказала, что я в курсе, кто готовил мою смерть посредством кулаков Вотрикса. Но у высшей талассийской аристократии есть одно замечательное качество, которое живо напомнило мне поговорку про глаза и божью росу. Да, у нас были некоторые разногласия на предмет необходимости для меня сдохнуть, а ему решить посредством этого парочку своих вопросов. Но ведь теперь-то никаких разногласий между нами нет. У нас взаимовыгодные деловые отношения, а значит, остальное уже неважно.