Было небо.
Не настоящее, наверное. Не то, что видят из окна. А другое — внутреннее, огромное, темное и звездное. Там не было дворца. Только Кир, его руки, его крылья и ее собственное сердце, которое билось слишком громко, слишком счастливо.
Айви не знала, сколько это длилось.
Может, минуту.
Может, вечность.
Когда мир вернулся, она лежала на подушках, Кир нависал над ней, опираясь на локти, а прозрачный свет его крыльев постепенно гас. Он выглядел таким потрясенным, будто именно его только что вынесли из-под обломков храма.
Айви слабо улыбнулась.
— Вот теперь утро стало лучше.
Кир закрыл глаза и уткнулся лбом ей в плечо.
— Ты невыносима.
— Уверена, ты со мной справишься. - Она провела пальцами по его белоснежным волосам, спросила: — Ты ведь останешься со мной, Кир?
Он поднял голову.
— Пока ты позволяешь.
— А если перестану?
— Все равно буду где-нибудь рядом очень незаметно страдать.
— Благородно.
— Я стараюсь.
Айви хотела продолжить бодрящую перепалку, но в дверь постучали.
Они оба замерли.
Стук был осторожный, почти виноватый.
За дверью кто-то тихо переговаривался, потом послышался глухой шорох, будто что-то двигали по полу.
Айви нахмурилась.
— Завтрак?
Кир поднялся.
Крылья исчезли мгновенно, словно их и не было. Лицо снова стало собранным, спокойным, почти обычным. Только рубашка была смята, волосы растрепаны, а губы слишком красные, чтобы изображать невинность.
— Лежи, — сказал он.
— Это не завтрак, готова поспорить. - Айви начала вставать.
— Айви! Ни шагу из постели, - рявкнул Кир негромко.
— Я лежу. Лежу.
Она действительно осталась в постели, натянув одеяло выше, но глаза не отвела Прислушавшись, Кир понял: за дверью стояли двое слуг с подносом.
Только тогда он открыл дверь.
Помощники выглядели так, будто хотели провалиться сквозь землю вместе с серебряным чайником, тарелками и корзиной теплых булочек. Один был бледен до зелени, второй смотрел куда угодно, только не на Кира. Поднос дрожал в руках.
— Господин, — пролепетал первый. — Завтрак для госпожи Шторм. Мы... простите, мы не хотели тревожить.
— Что случилось? — спросил Кир.
Слуга открыл рот, но вместо ответа только перевел взгляд вниз.
Кир тоже посмотрел.
Айви увидела, как изменилась его осанка.
Еще секунду назад он был просто насторожен. Теперь — окаменел. Не от страха. От ярости.
— Кир? — позвала она.
— Не вставай.
Конечно, она тут же попыталась встать.
— Я сказал, не вставай, — повторил он уже жестче.
— А я не глухая.
Она спустила ноги с постели, но головокружение ударило сразу, и пришлось сесть обратно. Проклятое тело предательски выбрало самый неподходящий момент, чтобы напомнить о слабости.