Глава 8. Грехи отца
Страница 31 из 106
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 8. Грехи отца

Страница 31

— Айви, — выдохнул он, прижимая ее к себе. — Слышишь меня?

Она не ответила.

Только едва заметно повела головой, будто пыталась стряхнуть тяжелый сон, и тихо, совсем по-детски, уткнулась лбом ему в плечо.

В храме творилось безумие.

Кто-то плакал, кто-то молился, кто-то орал, перекрикивая всех сразу. Несколько служек пытались поднять с пола рыдающую женщину, которая все звала своего мертвого сына. Командир гарнизона, красный от ярости, тряс за ворот казначейского советника, а тот уже не отбивался, только смотрел перед собой совершенно безумными глазами и бормотал что-то про зерно, взятки и кровь. Хористки жались к колоннам, как перепуганные птицы. Молодой брат-служитель, тот самый, что швырнул знак Хвенья на пол, сидел на ступенях у алтаря и выл, раскачиваясь из стороны в сторону.

Но Кир смотрел не на них.

Он искал Улара.

Первосвященник стоял у главного алтаря, белый как мел, и не сводил глаз с трещины на лике Хвенья. На миг Киру показалось, что старик сейчас рухнет рядом со своими прихожанами. Слишком долго он стоял, словно каменный, слишком пустым стал его взгляд. Но нет. Улар моргнул, резко втянул воздух и, словно очнувшись, развернулся.

Их глаза встретились.

Кир видел, как в лице первосвященника сменяют друг друга ужас, неверие и что-то еще — уже не религиозное, а очень земное. Холодный расчет человека, который понимает: случилось не просто чудо, а скандал, способный уничтожить его храм. А может и всю церковь.

Улар посмотрел на Айви в руках Кира.

На ее распущенные волосы.

На алый плащ, сползший с плеча.

На едва заметное золотистое сияние, которое еще теплилось под ее кожей.

И сорвался с места.

Не к ней. Не к алтарю. Не к служителям.

К выходу.

Кир тихо выругался.

Он слишком хорошо понял, что это значит.

Улар не собирался спасать службу, успокаивать людей или выяснять, что произошло. Он бежал во дворец. К королю. А значит, у них оставалось совсем мало времени до того, как имя Айви Шторм начнут произносить уже не в молитвах и сплетнях.

А на допросах.

— Проклятье, — процедил Кир.

Айви шевельнулась у него на руках.

— Кир...

Он опустил взгляд.

Глаза у нее были закрыты, губы побелели, но она все-таки узнала его голос. Это почему-то ударило сильнее, чем весь кошмар в храме.

— Я здесь, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Все хорошо.

Ложь. Грубая, глупая ложь. Ничего не было хорошо. Но сейчас ему нужно было только одно — унести ее отсюда, пока кто-нибудь не опомнился и не решил, что дочь Тигвина Шторма удобнее всего сжечь прямо на ступенях храма.

— Идти можешь? — спросил он.

Айви попыталась кивнуть и тут же поморщилась так, словно даже это движение причинило боль.

назадназад
1 ... 29 30 31 32 33 ... 106
впередвперед