— Расскажите мне все в подробностях! — потребовал граф, и я начал рассказ, почти ничего не утаивая.

Скрывать мне было нечего. Начал я с дуэли, на которой заколол несчастного мушкетера, рассказал про Бастилию и время, проведенное в ней, поведал о побеге из зала суда и роли барона де Пьемона, во всех красках описал побоище в торговой конторе и приметы главаря нападавших по кличке «Граф» и закончил приездом Марии Медичи в замок и кратким пересказом подслушанной беседы.

— Однако, — Рошфор, во время рассказа в задумчивости ходивший по комнате туда-сюда, внезапно остановился, — не рано ли вы сбежали?

— В самый раз! В противном случае, меня прикончили бы тем же вечером. Королева-мать приказала…

— Яд? — заинтересовался граф.

— Кинжал. Любезный де Нуаро лично обязался заколоть меня.

— А, ну этот может, — согласно кивнул Рошфор. — И вы говорите, вам помогли бежать?

— Да, герцогиня де Шеврез провела меня тайным ходом, дав возможность выслушать заговорщиков, а после вывела из замка. Прошу в ее случае проявить снисхождение.

Прости, Мари, я сделал для тебя все, что мог.

— Не за тех вы просите, шевалье, — граф внимательно посмотрел на меня, словно в чем-то сомневаясь. — Эта женщина — заговорщица. И тот факт, что она помогла лично вам, не делает ее непричастной. А заговор — это плаха. Если повезет — вечное изгнание. В любом случае, это решаю не я. Но я передам ваши слова. Касательно засады в торговом доме — выбросьте ее из головы. Мы провели расследование. Это оказалось случайным совпадением, никак не связанным с нашими заговорщиками и их планами. Впрочем, человека со шрамом без мизинца на левой руке обязательно убейте, если встретите. Он опасен.

— Что со мной будет? — задал я, пожалуй, самый волнующий вопрос.

Я выполнил свою роль, передал документы и втерся в доверие, а история с бойней в торговом доме тому способствовала, теперь же, фактически, я стал не нужен и даже опасен, как той, так и другой стороне. Медичи решила все кардинально, приказав меня убить. Поступит ли Ришелье руками Рошфора так же? Бежать я не смогу, у меня до сих пор связаны руки за спиной, а за дверью дежурят те, кто схватил меня. Рошфору достаточно дать малейший знак, и мне перережут горло за пару секунд. Вопрос в том, нужен ли я еще? Есть ли на меня иные планы. Если нет — я пропал.

— А как вы видите свое будущее? — Рошфор остановился и пристально уставился на меня.

— Хотелось бы еще послужить Его Высокопреосвященству, — честно ответил я. На самом деле мне хотелось, чтобы все просто оставили меня в покое, позволив разобраться с моим пребыванием в этом теле и этом столетии. Но такому, видно, не бывать. От работы не убежишь. И на кого еще работать, как не на кардинала, которого позже назовут великим!..