Какая-то девушка села за стол передо мной, так близко, что я видел каждую заколку в её волосах. Двое парней устроились справа, громко обсуждая вчерашнюю драку в таверне. А пальцы Серафимы тем временем добрались до ремня, и я услышал тихий звяк пряжки.

Дверь снова открылась, и в аудиторию вошла Марфа Игнатьевна Сухарева, преподаватель теории защитных заклинаний. Сухонькая женщина лет пятидесяти с поджатыми губами и взглядом, который, казалось, видел сквозь стены.

— Итак, — она обвела аудиторию глазами и почему-то остановилась именно на мне. — Господин Морн. Вы подготовились к сегодняшнему занятию?

Именно в этот момент Серафима под столом решила перейти от прелюдии к основному действию, и мне пришлось стиснуть зубы, чтобы голос не дрогнул.

— Нет… кхм… Не подготовился.

Марфа Игнатьевна сощурилась и двинулась по проходу между столами прямо ко мне, а Серафима внизу делала такое, от чего у меня темнело в глазах.

— Не подготовились, значит, — преподавательница остановилась у моего стола и сложила руки на груди. — Знаете, господин Морн, у нас в Академии есть определённая категория студентов. Обычно это отпрыски знатных фамилий, которые почему-то считают, что громкое имя освобождает их от необходимости учиться.

— Это вы сейчас обо мне? — спросил я, стараясь дышать ровно.

— А вы видите здесь других Морнов?

Кто-то на задних рядах хихикнул.

— Справедливости ради, моя семья от меня отреклась, так что я не уверен, что моя фамилия вообще имеет значение.

— О, поверьте, она всё равно считается, — Марфа Игнатьевна наклонилась ближе, и её глаза сузились. — И меня совершенно не волнует, какие у вас там семейные драмы. Меня волнует только одно: на моих занятиях все работают одинаково. И если кто-то думает, что можно просто отсиживаться и получить зачёт автоматом, то на экзамене его ждёт очень, очень неприятный сюрприз.

— Звучит как угроза, — заметил я, изо всех сил стараясь сохранить невозмутимое выражение лица.

— Это не угроза, господин Морн. Это обещание. И я своих обещаний не нарушаю, — она выпрямилась и одёрнула мантию. — Неуд. Первый из многих, если вы не пересмотрите своё отношение к учёбе.

Именно в этот момент Серафима внизу сделала что-то особо изобретальное.

— Охренеть, — вырвалось у меня.

Марфа Игнатьевна подняла бровь.

— Ну-ну, не расстраивайтесь так, господин Морн. В следующий раз подготовитесь и исправите оценку. Если, конечно, захотите.

Она развернулась и пошла к своему столу, а я откинулся на спинку стула и подумал, что это был, пожалуй, самый приятный неуд в моей жизни.

……………………

Друзья, много буковок уже фактически готовы, так что готовьтесь к трехдневному безбашенному чтиву!:)