Со стороны западных ворот донесся дружный вопль радости, причем орали не защитники, что-то упало, деревянно громыхнув. Заржало сразу несколько лошадей, у самых створок, подсказывая, что конница готова вступить в бой.

Конники ворвались, копыта гремели о промерзшую землю, будто железо стучало в железо. Здесь положение на несколько секунд спас Кадфаль. Искупитель возник из полутьмы как привидение, отбил удар, направленный в раненого Маргатти, развернулся на месте, словно деревянная юла и обрушил палицу на голову первого вражеского коня. Старое высушенное дерево смяло выгнутый лист металла в полпальца толщиной, и зверь пал, убитый на месте, хозяин едва успел вытянуть ноги из стремян, избежав увечий под мертвой тушей. Второй конь сбил Кадфаля с ног и начал топтать его, несмотря на вопли всадника, пытавшегося остановить животное и продолжать скачку. Искупитель страшно завопил, переломанные кости вышли наружу сквозь плоть.

— Бей! — прокричал Драуг, и маленький отряд перекрыл дорогу, не позволяя конникам пробиться дальше.

Окровавленный Маргатти сумел подняться и ткнул мечом в бедро одного из кавалеров, достал, пробив дубленую кожу и стеганку, затем длинное копье пронзило храбреца насквозь, мечник упал на Кадфаля, крест-накрест. Протяжный вздох вырвался из груди дружинника, унося последние мгновения жизни.

У ворот началось полное светопреставление. Мультиварио с большим щитом стоял, как скала. Прочно сбитые доски трещали под ударами, а троица за спиной Писаря орала во весь голос, тыча длинномерами в кавалеристов, те отвечали дружным воем, щедро рассыпая удары в ответ. Ржали кони, звенела сталь. Пехота сдержала конницу, и Марьядек, умело действуя эрзац-пикой, сбил второго кавалериста, того, что был уже ранен Маргатти в ногу. Несколько мгновений казалось, что схватка идет почти на равных, даже с малым перевесом в пользу обороняющихся.

Все испортил рыцаренок Арнцен. Он ворвался в собственный строй с тыла, воинственно крича и требуя дать ему сразиться с равными. За подопечным спешил Дядька, но вдруг он как-то очень уж неловко споткнулся на ровном месте и отстал. Затоптался на месте, будто не мог решить, ломиться в бой, защищая племянника, или подождать чего-то. Мальчишка довольно хорошо владел оружием, зато всадником оказался никудышным, да и конь подвел, животное было очень плохо выучено, боялось шума и дергалось, как припадочное. Воспользовавшись этим, один из всадников ловко потеснил юного противника и огрел Арнцена по голове топором. Рыцаренку повезло, оружие не пробило шлем и не соскользнуло на плечо — заклепка удержала заточенную лопасть. Однако юноше основательно перетряхнуло мозги, он выронил собственный шестопер, откинулся на круп, бестолково взмахнув руками.