— Ага, — подтвердил горец. — Тут главное поступь верно рассчитать. Надо с приступки разом навалиться в копейный натиск, а с нового шага алебардами добавить, если есть. Поэтому очень хорошие барабанщики нужны, чтобы долбить ритм. Ну и парни в строю дерзкие, умелые стоять должны. Иначе без толку все на вражеских остриях повиснут.

В словах браконьерского актера звучала неприкрытая гордость за соплеменников.

Елена обдумала услышанное, представила эту картину и осторожно предположила:

— А потери?

— Да все разбегаются раньше, — пожал плечами горский пикинер. — Это просто видеть надо. Когда баталия марширует в такт, идет на тебя. Когда хотя бы полсотни человек в ряд, то, кажется, что копий торчит больше чем щетинок в платяной щетке, и все направлены тебе в рож… физиономию. А потом враги понимают, что братва не останавливается…

Он красноречиво умолк, разводя руками.

— Треплется он со всей души, — сурово вклинился Бьярн. — Сейчас горские наемные отряды вообще по большей части «дикие», эти просто чуть лучше обычных.

На следующей мысли порубленный воин едва ли не скрипнул зубами, однако честность все же победила корпоративную солидарность бывшего всадника.

— Ну, не просто, а получше, да. Но такой фокус они провернуть не могут. Ну, по настоящему, до большой крови, не чтобы напугать.

— А полки тухумов — могут! Те, что под двумя знаменами, — Марьядек забылся, махнул руками, повысив голос, однако глянул вниз, на поле боя, и осекся. Услышать его все равно не могли, но береженого…

— Бивали и таковских, — проворчал Бьярн, но без напора, скорее чтобы оставить за собой последнее слово.

В бою, тем временем, наметился определенный перелом. По каким-то неясным признакам соперничающие стороны решили, что правый (относительно скрытых наблюдателей) отряд — сильнее. Левые, соответственно, попятились шаг за шагом, энергично отмахиваясь копьями, гремя щитами. Общие потери составили десяток или около того, все раненые, притом легко — ни одного по-настоящему лежачего. Добивать никто никого не стремился. Сообразив, что поддать жару обычными средствами не получается, «левый» командир лично возглавил и повел в контратаку резерв. «Правый» соответственно принял вызов, происходящее стало еще громче и бестолковее.

Елена смотрела на развивающееся непотребство, вспоминала, как бились на мосту в столице жандармы с горским полком, удивлялась вопиющей разнице.

Контратака удалась, правые начали откатываться, теряя дезертиров. Путники напряглись, было, однако никому из бойцов не хотелось бежать вверх по склону. Левый отряд заорал громче, подбадривая себя и предвкушая заслуженную победу. На этом, собственно, баталия завершилась. Примерно через час на поле боя никого не осталось. Разбегающиеся убежали, победители нестройно, однако дружно пошли вслед, очевидно, чтобы продолжать грабежи с поджогами.