Волк с досадой качнул головой, видно, все еще сожалея об упущенной добыче. А я ужаснулась.

«Десять лет назад⁈»

— Ел пырей? Голодал?

— Да.

— А обычный кашель у тебя был последние годы? Горло болело? Сопли?

Таор задумался так глубоко, что нахмурился. Я молча шла рядом, почему-то с надеждой ожидая, что он хотя бы кашлял.

— Не припоминаю, — разочаровал. — Разве что как-то поперхнулся костью… Тогда кашлял. И горло болело.

— Это не то, — вздохнула, начиная осознавать, насколько люди слабые создания. Наверное, я действительно преувеличиваю опасность для великородных. Это мы помираем, а им — «ерунда».

Я вспомнила слова портнихи и ее беспечный взмах рукой. Хоть я и сама болела на удивление редко, стало чуточку обидно за людей.

— Не переживай о Волках, Аса. Лучше за себя беспокойся, — серьезно ответил Таор, снял с плеча мешок и неожиданно вытащил из него пирожок. — Держи.

Жест стал неожиданностью.

— Спасибо… — приняла и сразу вонзила резцы в душистую коричневую корочку, немного утешаясь. Пирожок сладко пах сдобой, внутри я обнаружила крапиву с яйцом.

— Юбка хороша. Мне нравится, — добавил Таор, окидывая меня своим фирменным взглядом. Я опять почувствовала тепло, даже несмотря на то, что солнце уже скрылось за набежавшими темными тучами.

— Спасибо… — уже смущённо повторила, чувствуя мужской взгляд.

«Ладно, может я для него не такая уж маленькая блоха. Блошка больше среднего», — настроение начало улучшаться. Новая юбка скользила по ногам, радуя глаз.

Благожелательно глядя, как я жую на ходу, Таор непринужденно произнес:

— Помнишь, ты сказала, что не охотница?

Я чуть не поперхнулась.

— Это не я сказала, а ты!

— Неважно. Но хоть что-то ты знаешь? Про охоту на куропаток, например. Знаешь, как их добывают?

Успокоившись, что он не про ту «охоту», с которой я опростоволосилась, я призадумалась. Конкретно про охоту на куропаток я не знала совершенно ничего. Только видела их — это хорошенькие серые птицы, похожие на куриц, которые летают, но любят ходить по земле, вот и все. Кажется, я даже пробовала одну. Помню, на вкус примерно, как курица, только куропатка.

— Их, наверное, подстреливают, — предположила, очень быстро расправившись с угощением

— Это финальная часть, — согласился Таор, к моему удивлению галантно вручая второй пирожок. — А что происходит перед этим?

Осторожно приняла подношение.

— Охотник ложится?

Брошенный на меня снисходительный взгляд совершенно точно уверил, что перспективной охотницей меня отныне не считают. Я понадеялась, что он забыл про корни.

— Или садится. Или встает, — сдержанно сообщил Волк, на глазах понижая меня до однозначной «не охотницы». — Еще варианты?