Во-первых, они квиты, она-то тоже всех убила. А во-вторых, удовольствие было обоюдным. Вон, до сих пор забыть не может…
Приятно?
Еще как!
Яна довольно улыбнулась и плотоядно так посмотрела на Митю.
— Дмитрий, а вы можете ему тоже письмецо передать?
— От девушки?
Яна фыркнула.
— А вот правда… с одной стороны я не замужем. С другой — давно уже не девушка. Анатомически. Как это называется?
— Тора Яна! — почти взмолился Валежный.
Яна фыркнула.
— Ладно-ладно, все в порядке, я молчу. Так как, Дмитрий — передадите?
— Разумеется, тора Яна.
Яну посетило громадное желание написать три слова (нет, не мейд ин Чайна, а про любовь) и запечатать их своим кольцом. Фамильным и фирменным.
Но… это уж точно приговор.
Даже эта пара листов — не приговор. Хотя Тигр и расписал, сколько у них людей и на каких направлениях, безжалостно сдавая своих. Хоть он и написал о некоем сотруднике Лионесского посольства… тор Дрейл?
Запомним, куда ж ты денешься.
И тор Вэлрайо?
Подождите, ваше величество Элоиза, пока я жива, я вам еще за всю семью предъявлю! Вы у меня и не отпишетесь, и не расплатитесь, и не отмоетесь! Это в том мире англичанам вслед за подставу не плевали, потому как у всех рыло в пуху было. По самый затылок!
А в этом будут! Само ваше имя станет синонимом мрази!
Еще как будут! Сами напросились! Потому как сначала обещать приют и защиту, а потом развести руками и сказать — перебьешься, это в любом мире паскудство! И точка!
А что тогда можно написать Тигру?
Почему-то в голову навязчиво лезли те же три слова.
Яна решительно выставила их обратно, и принялась подбирать…. Нет, не синонимы. А события, упоминание о которых заставит Тигра поверить в ее авторство.
Именно событиях.
Особые приметы она тоже помнила, но писать мужчине о его родинке… аккурат, вот там…
По нынешним временам такой эпистолярный жанр не в чести. Это уж точно… разве что нарисовать? Но есть подозрения, что не поймет Валежный. Ладно. Словами обойдемся.
Глава 16
Солнце меня не обманет,
Сердце меня не затянет…'
Генерал Логинов. Архарск.
Логинов хотел…
Эх, чего только не хотелось генералу!
Жрать! Вежливо кушать он хотел еще на марше, но было просто некогда. Армия должна двигаться, а не вытирать сопли главнокомандующему… можно бы и приказать организовать ему бивак, но у Логинова язык не поворачивался. Есть горячее, когда солдаты до вечера ничего не получат?
Кому как, а ему совесть не позволяла.
Все тяготы войны Логинов принципиально разделял со своими людьми.
Перекусить на ходу…
Это, конечно, можно. Когда есть чем. И сухарь Логинов честно сгрыз. Что такое этот сухарь на марше для здорового мужика… так, желудок поддразнить.