— Равняйсь! Смиррррна! Маааалчать!
Команды вылетели словно сами по себе. И хотя были они несколько нестандартными, Валежный понял. И даже с колена поднялся.
— ВЫ⁉
Яна закатила глаза.
Только вот и отрицать было уже поздно. Не получится отказаться, хоть ты мясом наизнанку вывернись. Так что…
— Я, тор генерал.
Лицо Валежного она видела плохо, но, кажется, она попала?
Однозначно и бесповоротно.
Спустя десять минут в той же гостиной сидели уже трое. Десять минут потребовалось Валежному, чтобы свистнуть своих людей, организовать перенос страдающего Михаила Федоровича в его комнату, послать за доктором, приставить к детям еще пятерых людей, чтобы с ними точно ничего не случилось, и отправить малышню по комнатам, запереть всех постояльцев и поставить караул под дверями гостиной. И под окнами — тоже так, на всякий случай.
И только после этого…
— Ваше высочество, я не верю своим глазам.
Яна вздохнула. И все же попробовала, так, по-детски…
— Антон Андреевич, может, вы меня и не видели?
Куда там! Лицо Валежного было непреклонным.
— Ваше…
— Довольно, — Яна поняла, что не вывернется, и решила сделать общения более комфортным для себя. — Отставить обращения. Тора Яна — вполне достаточно.
— Я не…
— Это приказ, тор генерал.
— Повинуюсь, тора Яна.
Яна кивнула.
— Так лучше. О чем вы собирались говорить с Федором Михайловичем?
— О том, что в стране будет голод, — нее стал вилять Валежный. — у меня что-то есть на счете, я хотел просить Федора Михайловича о закупке возможно большего количества провизии за границей. В Чилиане, к примеру.
Яна медленно кивнула.
— Федор Михайлович, возьметесь?
Купец смотрел в пол.
Валежный открыл, было, рот, но Яна коснулась его руки и взглядом призвала к молчанию. Думал Федор Михайлович долго. Но…
— Возьмусь. И закуплюсь, и склады найду, но в Русину, уж простите, не повезу. И своих денег вкладывать не буду. Что тут получится, мне неизвестно, а только внуки у меня… пока здесь такие беспорядки — я к границе и близко не подъеду.
Валежный даже не разозлился. Поонятное дело, Меньшиков купец, не епископ. Ему о своей выгоде думать надо, он об этом честно говорит.
Неблагородно?
А он и не тор. А предложить титул, так откажется.
Все он правильно делает, сначала Валежному надо добиться победы, а уж потом снова веник по веточке собирать и связывать. Генерал и давить не стал, это уже куда как больше, чем он рассчитывал получить.
— Найдется, кому привезти. А большего и не надо. Если согласитесь, мы с вами завтра все обговорим. В подробностях.
— Согласился уже.
— Тогда я за вами солдат пришлю. С утра. И… куда вы из Русины уехать хотели?