Яна была счастлива.
Пусть пока еще плохо она управляла экипажем.
Пусть пока у нее были определенные сложности.
Но когда она подкатила к крыльцу, когда Топыч, Гошка, Мишка и Машка кинулись, пища от восторга, загружаться в возок и потащили заранее собранные вещи…
Наконец-то они покидают Синедольск!
А что ей придется сложно… ну так и что же? Она уже один раз умерла, так что и жалеть себя не стоит.
Где-то недоест, где-то недоспит, а Гошку она больше не подведет.
Яна оглядела детей, которые поудобнее устраивались в возке, и собирались досыпать, улыбнулась — и тронулась с места.
И кони полетели.
Прочь из города, по тракту, в вихре поземки…
Хорошо, что никто их не видел. Не то почудилось бы…
Да не бывает такого, правда же! Не бывает!
Чтобы за каретой летели белые призрачные волки, а над ней парила громадная полярная сова? Чушь это! Не бывает такого!
Волки б коней напугали до истерики, а сове тут и подавно делать нечего! Чушь и блажь!
Яна их тоже не видела. Но чудилось ей иногда… нечто.
Хелла?
А кто ж еще?
А и ладно! Спасибо тебе, богиня! Ты мне шанс дала, а дальше я и сама постараюсь ушами его не прохлопать!
Спасибо тебе, Хелла…
Яна пытать и убивать женщину побрезговала. А вот жом Матвей, после того, как увидел комнатку в подвале — нет. В тот же подвал и тело оттащил.
Его Сонюшка тут упокоилась, вот и этой стерве поделом!
Говорят, чтобы человек упокоился с миром, его могилу надо кровью врага полить. Вот… так оно и получится.
Покойтесь с миром, бедолажные…
И расспросил, и душу отвел, и…
Лишний раз он убедился, что Яна — тора высокородная! Это ж надо! Тайник в доме — пропустила! В подвале — еще два! И тоже пропустила!
Ну да ладно, он все выгреб в свою пользу. И решил, что коли тора завернет в Синедольск, он ей честь по чести половину отдаст. Ежели не придется потратить…
Коли времена наступают страшные, так и никто не угадает, на что тратить придется.
А ежели не придется им свидеться, так жом Матвей честь по чести сделает. Десятерых сирот вырастит, вот как Всевышний видит! Так и сочтутся…
А забегая вперед… так и не пришлось им увидеться. И в Синедольск Яна не возвращалась.
Слово свое трактирщик сдержал, и сирот жом Матвей таки вырастил. Пятерых мальчиков и пятерых девочек. Подобрал, к делу пристроил, в люди вывел… жениться так и не женился, бобылем докуковал, но детей у него было десятеро, внуков под пятьдесят, и рыдали о нем, когда срок пришел, вполне искренне. И в молитвах поминали — тоже, и фамилию его носили…
Все не зря было.
Не пропали кровавые деньги, удалось Матвею их отмыть. Он с того особняка за два дня столько вывез… муравьи бы от зависти плакали, когда б могли!