Вопреки всем предположениям, Борис не повез Аню в большие ювелирные магазины. Роман остановил джип у небольшого дома старой постройки.
Вывеска «Ювелирный салон» там присутствовала, но аккуратная, небольшая. Почти — для своих.
Внутри тоже было не особо роскошно. Аня осмотрела прилавки и тихо вздохнула про себя.
Да, это не Фаренье…
Знаменитый ламермурец Фаренье, который делал украшения для императорской семьи… что-то сейчас с ним стало? Может, уже и в живых нет…
Аня помнила украшения его работы. И у нее была веточка ландыша.
Как ему удалось так подобрать жемчужины?
Как удалось так их оправить?
Но веточку даже в руки брать было боязно, казалось, лишь тронь, и стечет на пол невесомая роса бриллиантов, посыплются хрупкие белые чашечки цветов…
— Боря? Какими судьбами?
Из задней комнаты вышел пожилой мужчина, лет семидесяти. В Русине Аня сказала бы — старик. Здесь и сейчас — просто пожил человек. Но умирать даже не собирается. Сухощавый, крепкий, с венчиком седых волос и яркими веселыми глазами.
— Дядя Веня, здравствуйте!
— И тебе не хворать, сынок. Так что ищешь?
— Невесту привез.
— Невесту?
Яркие карие глаза впились в Анну. Ненадолго.
— Хм… а интересная девочка, Боря. Не такая, как твои прежние. С Лизкой что? Кончено?
— Дурак был. Что поделать?
— Теперь уже можно ничего и не делать. А если от той гадючки избавился, значит, не такой уж ты и дурак. Как вас зовут, девушка?
— Анна.
— Анна. Ах, какое красивое имя. Ах, разрешите мне звать вас просто Анной…
— Я не Анна Австрийская, потому — разрешаю, — отшутилась Анна.
— И не надо. Наглая баба была, между нами говоря, хоть и королева. Скажите пожалуйста, что вам подобрать?
— Кольца на помолвку. И на свадьбу, — распорядился Боря.
— И может быть, что-то для Киры? — вставила Анна.
— Да, конечно. У малявки день рождения.
— Изумруды оказались нехороши?
Анна подняла брови.
— Это ваши?
— Мои.
— И вы их продали для юной девушки? Не верю!
— Правильно не верите. Я как раз приболел, а вот мой помощник и продал… болван. А вы бы что для нее посоветовали?
— Пока не знаю. Из того, что я тут видела — ничего.
— Так-таки и ничего?
Анна прошлась взглядом по витринам еще раз.
— Не обижайтесь, но даже изумруды были сделаны лучше. А это…
— Ширпотреб?
— Не совсем. Но сделано не мастером, а ремесленником.
— Девушка, да вы разбираетесь? Ну, пройдемте…
Задняя комната была как бы не в два раза больше собственно магазина. Ювелир Веня, Вениамин Аркадьевич, но для вас, юная дама, как и для Бори, дядя Веня, усадил Бориса и Анну в удобные кресла, предложил воды и светски осведомился.
— С чего начнем?