Да никак!
Вот и Анна… Анне он как раз нравится. И не раз видел в карих глазах теплоту, симпатию, а Киру Анна вообще обожает. И относится к ней не формально, как к работе, а искренне. Душевно, тепло, как старшая сестра, или вообще… как мать. Анна не делает разницы между своим сыном и Кирой. И глаза у нее светятся одинаково,, когда она смотрит на детей. Добротой, теплотой, любовью! На него Анна так не смотрит.
Боря ей интересен она его ценит, уважает, но не любит. И не кокетничает. Не подает никаких сигналов из разряда: «обрати внимание на мои страдания». Не хлопает ресницами, не отводит взгляд, не… столько этих «не»! До безумия!
Для Анны он просто работодатель. А кем стала для него Анна?
Человеком, который вдохнул жизнь в его дом. Дом — не четыре стены и крыша, дом — место, где тебя любят, ждут и принимают любым. И сейчас он спешит домой с работы, чтобы увидеть теплые карие глаза, чтобы поймать улыбку… какие у Анны глаза!
Теплые, искренние, искристые даже. Словно шоколад, в который насыпали золотой пыли. Невероятно красивые. Глаза, в которых хочется утонуть. И совершенно не хочется возвращаться в реальность из их завораживающего дурмана.
— Боречка, ты меня не слушаешь!
— Прости, Лизочек, я отвлекся.
— Элиза! Борюся, ну я же просила тебя.
— Хорошо, Элиза. Я отвлекся.
— Я бы хотела платье от Алекса Камински! Вот, посмотри!
Боря посмотрел. Вопрос был один — платье сшито из ЛГБТ-флага? Стразов на него насыпали вообще горстями. Безумно красиво. Одень Лизу в такое платье, запусти на природу — и все павлины от зависти передохнут. Им-то хвосты никто стразами не облеплял!
— Если ты захочешь, закажи.
— Борюся, ты прелесть! И подружкам…
— И лягушкам, — подтвердил Боря.
Лиза надула губы, но платье перевешивало обиду. Отец — тот тиран и деспот! Сказал, что вместо этого платья он себе новый джип купит, еще и сэкономит! А Борюся разрешил… вот и не надо дуться!
Боря опять нырнул в свои мысли.
Так чего же он хочет?
Кого он хочет?
И вовсе уж сложный вопрос. Что дальше делать?
А что тут сделаешь? Кроме УЖЕ сделанного?
Ответа он не знал. Вообще.
Вечер для них с Лизой завершился очень приятно, в кровати, в его городской квартире. Только вот ночевать Боря не остался. Не мог. Домой хотелось.
Русина, Звенигород.
— Расстрелять!
— Кого?
Жом Пламенный скрипнул зубами. Действительно, а кого тут расстреливать? Противники и сами отлично справились.
Валежный взял Сарск. Логинов захватил Ас-Дархан. И река Вольная разрезала страну на две части, словно клинок убийцы еще живое тело. Теперь… теперь задавить освобождение станет лишь вопросом времени. Или — не станет?