– Дай? – сказал он.

– Тебе помочь?

Она подошла к нему и взяла его ложку, что тут же вызвало вспышку ярости.

– Нет! – закричал он. – Мое!

– Хорошо, – сказала Элизабет и протянула ему ложку, которую он крепко стиснул в руке. Она снова села на место и на этот раз попробовала выложенный маленькой горкой рис. – Теперь твоя очередь.

Он опять бросил ложку на стол, примерно в то же место, куда и раньше. Посмотрел на Элизабет и пожал плечами.

– Дай?

– Я тебе помогу, – сказала она, но стоило ей окунуть свою ложку в соус из перца на тарелке Тоби, как он снова закричал: «Нет! Нет! Нет!» – и широким взмахом руки опрокинул весь свой обед на пол.

Элизабет глубоко вздохнула и снова села. Причина, по которой она положила себе такую же еду на такую же тарелку, была в том, что, согласно соответствующему исследованию, дети, как правило, перенимают пищевые привычки от родителей (Каррут, Зиглер, Гордон, Хендрикс, 2004), то есть наблюдают за тем, что делают за столом их родители, и подражают им (см. также Визальберги, Аддесси, 2000); именно поэтому Элизабет не отреагировала ни на вопиющее обращение с тарелкой, ни на хумус и макароны с сыром, размазавшиеся по безупречно чистому полу кухни, – а безупречно чистым он был потому, что, согласно исследованиям, дети становятся менее привередливыми в еде, когда кухня вымыта до блеска, когда она уютная и гостеприимная (Хородынски, Стоммел, 2005), – ни на разлетевшиеся повсюду кусочки брокколи и маринованных огурцов, которые Элизабет потом придется убирать. Вместо этого она спокойно съела еще немного риса – считалось, что дети обучаются лучше, когда родители сами подают пример правильного поведения, а не когда ругают за неправильное (Соломон, Серрес, 1999), и поэтому она никогда не говорила Тоби, что он ведет себя хуже некуда или что он маленький гаденыш , хотя, честно говоря, думала так все время.

Нет, вслух она бы никогда не назвала его капризным или даже привередливым в еде , потому что, если вы навешиваете на ребенка ярлык, он может превратиться в установку (Амбади и др., 2001), поскольку обладает такой силой внушения, что ребенок усваивает его и стремится стать тем, кем вы его уже считаете (этот феномен называется «угрозой подтверждения стереотипа»), и вот почему, если Элизабет и комментировала поведение Тоби в его присутствии, то делала это так, чтобы мотивировать его становиться лучше: называла его «послушным мальчиком» или, скажем, «послушным мальчиком, который любит хумус».

Как бы то ни было, в научной литературе такая стратегия воспитания получила название «моделирующего» или «направляющего» метода.