Спрятав кошелёк и папку с документами в чемодан и заговорив их от кражи, я сунула в карманы кофра мелкие деньги, на дно — амулеты и зелья в пробирочных флаконах, убрала под шапку волосы и отправилась за завтраком.

— Привет! — Анжела, сидящая в кресле, подняла глаза от экрана телефона и улыбнулась. — Завтракать? На плите омлет с сосисками и кофе.

Тёмные свитер и джинсы, высокие ботинки, чёрная шапка, надвинутая на лоб, и руки в кольцах-браслетах, по ее мнению, были образцом стиля. А я сразу подумала, что надо изучить людей и одеться, как все, дабы не выделяться из толпы.

— Я пока занята, — сообщила она, вынимая из уха розовый наушник, — через полчаса бабулю кормить, врача жду и убираться надо. Давайте после обеда в город?

— Лады. А к ведьме в комнату я и сама схожу, — я многозначительно выложила на стол двести рублей.

Обойдёмся без свидетелей. Им вообще повезло, что заговоренное всего лишь назад возвращается, а не цепляется пожизненным проклятьем.

— А бабушка чем болеет? — я достала из посудомойки тарелку, вилку и свою вчерашнюю кружку.

— Бронхит. Хронический. Как резко холодает, так она с постели не встает.

Я положила на тарелку омлет и искоса посмотрела на Анжелу. Внезапно захотелось отплатить добродушной девушке за хорошее отношение. Да, сдала постояльцам, но ведь хорошая. Искренняя, открытая. Таких нынче мало.

— Я действительно немного ведьма, — сказала осторожно. — Бабка моя и привораживала, и хворь насылала, и порчи снимала. В общем… я набралась от неё знаний. Хочешь, осмотрю твою бабулю и лекарство приготовлю?

Лечить людские болезни зельями нас учили ещё в школе — на всякий случай. А раз и точный диагноз уже известен…

— Вечером, — согласилась Анжела сразу. — Или ночью. Когда она уснет. Бабуля не любит… шарлатанов всяких. Так она вас называет, — добавила смущённо и с вызовом закончила: — А я верю в магию. Есть же призраки? Значит, должны быть и те, кто может их победить и прогнать.

Логично.

— Вот, ключ от комнаты ведьмы возьмите. Седьмой номер.

Позавтракав и выпив кофе, я убрала посуду в посудомоечную машину, взяла ключ и поднялась наверх. И с минуту стояла у запертой двери, прислушиваясь к ощущениям, но услышала только Руну. Кошка громко и приглашающе урчала из комнаты. Я перебрала браслеты, отметила «молчание» обережных амулетов и решительно толкнула дверь. И она распахнулась без ключей или щелчков замка.

Такая же обстановка, как и в моём номере. Кошка в кресле. На пыльных портьерах — ленты оберегов, паутина на потолке, в щель между штор робко заглядывал солнечный луч, и в его свете плясали мириады пылинок. И вещи повсюду.