В коридоре загремели шаги.

Ивар встретил первого нападавшего у лестницы. Удар, ругань, треск дерева. Второй выстрелил через дверной проём.

Болт шёл в Мару.

Я поднял правую руку. Решение заняло меньше времени, чем мысль.

Четыре коротких вдоха. Один длинный.

Броня выступила от плеча до пальцев. Болт ударил в чешую и отскочил. Боль пришла сразу: холод сомкнулся вокруг груди, пальцы онемели, в ушах зашумело.

— Северин, уберите форму! — крикнула Мара.

В коридоре отступали. Я увидел спину нападавшего и синюю перевязь под пальто.

Если он уйдёт, мы снова получим мёртвого исполнителя или пустой адрес.

Я бросился следом.

Ивар держал одного на полу. Второй выбил дверь на погрузочную галерею и прыгнул на лестницу во двор. Я добежал до края. Внизу было шесть ярдов. В здоровой форме — один взмах крыльев.

Огонь уже находился во мне. Я позволил превращению пойти дальше.

Рубашка разошлась на спине. Лопатки выгнуло. Правая сторона покрылась чешуёй, левая осталась человеческой. Крыло раскрылось наполовину и замерло, тяжёлое, без опоры. Второе не появилось.

Мир накренился.

Я шагнул с галереи, рассчитывая хотя бы планировать. Нераскрытое крыло потянуло в сторону. Вместо двора передо мной оказалась каменная стена.

Я ударился плечом, затем спиной о землю.

Воздух вышел. Крыло судорожно дёрнулось и начало исчезать, ломая остатки рубашки. Нападавший перелез через ограду. Солдат у ворот выстрелил, но промахнулся.

— Не преследовать! — крикнула Лея сверху. — Второго удержать живым!

Я попытался встать. Ноги не приняли вес.

Мара спустилась по лестнице, перепрыгивая через две ступени. За ней — Ивар. Он был без фуражки, на скуле наливался синяк.

— Не двигайтесь, — сказала Мара.

— Уходит.

— Пусть.

— У него синяя…

— Я видела.

Она положила ладонь мне на грудь. Пульс под её пальцами сбился и на несколько секунд пропал. Мара не изменилась в лице.

— Ивар, раствор из моей сумки. Полную дозу. Орсу сюда.

— Образец, — выговорил я.

— В сейфе.

— Лее. Не военным.

Ивар посмотрел на меня так, будто не расслышал.

— Генерал?

— Передать магистрату. Военный склад уже потерял один.

— Сделаем, — сказала Мара. — Теперь молчите.

Раствор обжёг горло. Холод не отступил. Левая рука не чувствовала землю, правая оставалась наполовину покрыта чешуёй. Орса прибежала с ножницами и разрезала остатки рубашки на спине.

— Крыло исчезло полностью? — спросила она.

— Да, — ответила Мара. — Форма была асимметричной около двадцати секунд.

— Удар головой?

— Не видел, — сказал Ивар.

— Сознание не терял, — добавил я.

— Тебя просили молчать, — отрезала Орса.

Они проверили позвоночник, рёбра и плечи. Перелома не нашли. Когда дыхание выровнялось, Ивар и один из санитаров подняли меня. Я мог стоять, если опирался на обоих.