Ведь не за горами оформление кооператива по производству окон и поездка в ФРГ на выставку в Рейн-Вестфалию в город Дюссельдорф. Мы уже и приглашение получили от организаторов, но это другой Пашка постарался — Полоскин.

— Ну, нет так нет, значит, по-другому отблагодарим, — подал, наконец, голос молчавший до этого Илья. Ты мою тётку помнишь? Ну, на нашей свадьбе была, крашеная блондинка такая, высокая.

— С большой попой и грудью, лет сорока пяти, — неделикатно добавила Ленка.

— Тридцать шесть ей! — сурово возразил Илья, но Ленка лишь облизнула губки, ничуть не испугавшись недовольства мужа.

Всем хороша зараза-дочка у Лукаря получилась! Непосредственная. Иногда даже слишком. Оторвой, короче, бывает.

— Ну, допустим, помню, даже танцевали вместе, — отвечаю я.

— Ага, она тебя ещё за жопу всё норовила ухватить, — припомнила гостья.

А вот наш тройной осуждающий взгляд Ленка перенесла хуже! Не покраснела, конечно, но головенку красивую в плечи вжала! То-то! Будет она ещё тут говорить вслух то, что думает! Такого в нашей стране мало кто себе позволяет.

— Так вот, она занимается мехами, кооператорша, короче. Шубу себе хочешь? Бесплатно сошьёт. Ты за шкурки заплатишь, и всё, — продолжил Илья.

Ленка что-то порывалась добавить, но на удивление промолчала.

— Не откажусь. А из какого меха? И можно не мне, а женскую?

— Женскую⁉ — тут Ленку прорвало, и она аж подпрыгнула на стуле.

Но у меня свой расчет — в начале января в Москву прилетает Марта. В ноябре я как-то дозвонился ей на сотовый со своего рабочего, ну и оказывается, можно сейчас общаться хоть каждый день таким образом! Раз пять уже поболтали с Мартой с тех пор. Не знаю, сколько денег спишут за переговоры с крайкома, но я якобы общался по служебным делам! И я, предвкушая «чики-чики», думал о подарке. Шуба, да из сибирского меха! Не то, чтобы она себе купить такую не сможет, может, и сможет, но этот подарок покажет моё отношение к девушке — мол, ничего не жалко.

— Если женскую, то лучше норку, но она встанет тебе в копеечку. Впрочем, тебя наверное ещё и деньгами подогрели за медаль, — высказался Лукарь, закусывая коньяк вяленой олениной, которую сам же и принёс.

— Ничего ты, папа, не разбираешься в мехах! Норка! Ха-ха! Толя, я видела у тётки соболя седого баргузинского, он ещё дороже, но такой красивый! Тетя Ира рассказывала, что пять степеней седины у соболиного меха есть, пятая — самая дорогая, раза в четыре стоит дороже первой. Это красивый переливающийся на свету мех с серебристо-белыми волосками…

И Ленка выдала нам целую лекцию о мехе. Причем ни разу не сбилась, высказала всё, что знала, максимально серьёзно и подробно. Это Ленка-то! Которая язык до сих пор высовывает, дразнясь. Чувствуется, что меха девушка уважает.