— Я уже стала забывать, как ты выглядишь. Кстати, выглядишь неважно.
— Простите, тетушка. Смогла выбраться в город только сейчас.
— Конечно, какой интерес навещать старую родственницу. Всеми забытую…
— Не говорите так. Разве вас забудешь? Я привезла ваш любимый цветочный чай…
Кладу на край столика украшенный бантом свёрток из шуршащей бумаги.
— Он мне уже разонравился. Отдам прислуге. Но спасибо, что явилась не с пустыми руками. Как дела в замке?
Она кивает на стул напротив.
Я сажусь и отвечаю:
— Как обычно. Идут потихоньку. На прошлой неделе закончили небольшой ремонт на самом верхнем этаже.
— Я слышала, в ваших краях заморозки побили фруктовые деревья?
— Нет, тетушка. Все в порядке. Деревья цветут.
— Что ж… — Она барабанит пальцами по подлокотнику кресла. — Хорошо, что тебе есть где жить. Кстати, хотела тебе сказать… точнее, предупредить. Я написала завещание. На этот особняк и вообще на имущество. После моей смерти… я не утверждаю, что ты ее ждёшь, но ты никогда меня не любила. И не испытывала ко мне чувства благодарности. Хотя должна была. Так вот, после моей смерти все перейдет Храму благочестия и благотворительным общинам. Ну, я просто предупреждаю. Чтобы ты ни на что не рассчитывала.
А я ни на что и не рассчитываю. Пусть дорогая тетушка не переживает по пустякам. Хотя… я ведь единственная и самая близкая родственница. Предположение, что когда-нибудь состояние перейдет мне, вполне естественно. Наедине с собой можно в этом признаться.
А если припомнить, что за восемь лет опеки мое приданое каким-то удивительным способом уменьшилось почти вдвое… Это была бы вполне разумная компенсация. Накануне замужества я была слишком неопытна и не посмела устроить разбирательство. Просто смолчала. За глаза хватило сцены при подписании брачного договора. В самом деле, куда подевались деньги, оставленные родителями? На мое содержание уходило ничтожно мало. Капитал состоял из чистого золота, а не каких-то сомнительных бумаг. Как распоряжались деньгами тетка и ее уже покойный муж — отдельная история. Подробности я, видимо, никогда не узнаю.
— Зачем думать о таких мрачных вещах? — улыбаюсь я. — Вы проживаете ещё много-много лет.
Эти слова тетушке нравятся, она кивает.
— Да, вполне возможно, что я переживу всех своих недоброжелателей.
Она пускается в долгие рассуждения о какой-то давней ссоре с бывшей приятельницей. Похоже, надолго. Тема неисчерпаема, тем более что людей, которых тетушка считает своими недоброжелателями, великое множество. Обстановка в гостиной почти не изменилась за минувшие годы. Тетушка не любит перемены. Мне здесь все знакомо с детства и юности, но воспоминания не радостные…