Всё… покидаю поле и как только попадаю к своей команде, меня снова начинают качать, фотографироваться со мной и кубками. В уши что-то кричат нечленораздельное, но смысл криков я понимаю — мы это сделали! Гвалт стихает минут через пять. Пора выдвигаться. Дорога до машины заняла неимоверно много времени — на каждом шагу меня обнимали, просили автографы, делали «себяшки».

Москва.

В плотном кольце из охранников и агентов в штатском наследник и цесаревич покинули мероприятие. Машины заблаговременно подогнали к выходу со стадиона, и пройдя двери, цесаревич обратился к отцу — С тобой можно?

— Конечно, садись.

Как только машина тронулась, наследник достал смартфон, пролистнул отчёт о звонках, и выбрав наиболее важный, позвонил. Переговорив, набрал следующего абонента, выдал несколько указаний… новый звонок и новые задачи. На очередной вопрос он отвечает в трубку: — Конечно, помнит.

— Саш, — прикрыв смартфон ладонью, наследник обращается к сыну, — ты же помнишь, что сегодня вечером в Крым летишь? А завтра у тебя выступление на юбилее клуба глубоководного плаванья и награждение лучших боевых пловцов. Дальше разные мероприятия, в том числе с Касатоновым принимаешь парад флота на день ВМФ?

Цесаревич живо кивнул головой и вновь углубился в смартфон.

— Помнит он, я уточнил, — наследник вновь поднёс телефон к уху. — Встречайте вечером. Программу корректируйте исходя их потребностей.

Дождавшись, когда отец ответит на все важные звонки, цесаревич спросил: — Папа, ты мне ничего не хочешь сказать?

— Относительно чего?

— Относительно Андрея Первозванова?

— А что с ним не так?

— Ну, я думал, ты типа скажешь: сынок, жизнь штука сложная и неожиданная. Мужики иногда встречают женщин, перед которыми просто не могут устоять, особенно когда мужик ещё молодой, кровь играет, все дела. Поэтому у тебя есть братик… Как ты умудрился все эти годы его прятать?

— Какой братик? Куда прятать? Ты о чём мелешь?

— Папа, ну ты уж совсем за ребёнка меня не держи и дурачка из меня не делай. Вон искусственный интеллект сравнил наши портреты — мой и Андрея Первозванова… Знаешь, в чём ИИ уверен — что это я же, но через два-три года. Скулы помощнее, взгляд пожёстче, румянец не настолько яркий. Он на год? На два старше меня?

— Сравнил портреты? Парней, похожих на тебя, в империи сотня или две наберётся. Причём настолько качественных копий, что твой ИИ будет утверждать, что на цесаревича они похожи больше, чем ты.

— А акцент тоже эта сотня подделает? Я его спрашиваю: как он добился такого успеха? Он отвечает: «БлЯгодарю. ТренировалЬся много. Но сам удивлёнЬ таким резулЬтатом». Папа, у меня в детстве был точно такой же акцент, как и у всех Романовых. Но мне его года в три убирать начали, и к школе речь уже была чистая. Хотя и прорывались эти смягчённые альвеолярные при сильном волнении. Вот и он волновался, и у него прорвалось. Я и сейчас иногда угораю над своими детскими видяшками, где я с таким акцентом разговариваю.