Шутка ли, даже захотелось поблагодарить Араха.

Горячая пища сделала то, чего не могли добиться никакие эликсиры — она вернула мне ощущение, что я всё ещё жив.

Я прикрыл глаза, слушая, как где-то в глубине пещеры Арах возится с вещами. Сейчас мне было плевать на орка, на кобольдов и даже на Монарха. Хотелось только одного — провалиться в сон и чтобы никто меня не беспокоил.

Но вдоволь поспать мне не дали.

Полуухий навис надо мной и, вцепившись пальцами в плечо, начал трясти.

— Твоя очередь, нэк.

Я с трудом разлепил веки. Глаза жгло, словно в них насыпали мелкого речного песка, а тело казалось отлитым из холодного свинца. Кое-как сев на настиле, я до хруста потянулся, слушая, как протестующе ноет каждая мышца.

В ближайшие несколько дней, а именно столько нам предстояло куковать в этой дыре, ночные дежурства ложились исключительно на наши с Арахом плечи. Старику требовался полный покой, чтобы восстановиться. После потери ноги Полуухий его спас, но сделал это во многом благодаря убойным дозам эликсиров, что тоже сказалось на общем состоянии, усилив истощение старика. Хотя, зная Зуг’Гала, он и в полном здравии с превеликим удовольствием спихнул бы на нас всю грязную работу, оправдывая это «закалкой духа» .

Про Талли никто даже не заикался.

Ставить девчонку в караул в лесу было всё равно что оставить у входа в пещеру кусок свежего мяса. Рисковать своими жизнями ради её сомнительного участия никто не собирался.

— Иди уже, — Арах толкнул меня в бок и тут же повалился на моё место.

Не успел я подняться на ноги, как он уже засопел, мгновенно провалившись в сон.

Я же, пошатываясь и кутаясь в плащ от пещерной сырости, побрёл к выходу, где меня ждал холодный ветер и долгие часы вглядывания в непроглядную черноту леса.

Не знаю, каким чутьём или шаманской удачей они отыскали эту пещеру, но место было выбрано безупречно.

Снаружи вход казался лишь очередным выступом серой скалы, который за долгие века густо порос диким переплетением шипастых лиан и пышного плюща. Растительность сплелась в настолько плотный, колючий ковёр, что даже самый зоркий глаз не заподозрил бы за этой зелёной стеной пустоту.

Зато изнутри, привалившись к холодному камню, я чувствовал себя хозяином положения. Сквозь узкие, естественные прорехи в листве мне открывался отличный обзор на все ближайшие подходы.

Это было похоже на смотровую щель в крепостной стене. Я видел всё, оставаясь при этом абсолютно невидимым в тени пещеры.

Если кто-то и решит заглянуть к нам на огонёк, у меня будет предостаточно времени. Я смогу без суеты оценить численность врага и в считанные секунды поднять остальных на ноги.