Я расправил крылья и тут же зашёлся в кашле.
Движение вышло слишком резким и неосторожным. Оно подняло в воздух, казалось, не меньше пары десятков мер пыли и пепла.
Завеса оказалась настолько густой, что воздух превратился в колючую сухую взвесь. Дышать стало невозможно. Чтобы не задохнуться в этом тесном каменном мешке, я поспешно выскочил наружу.
Тщательно отряхнувшись от серого налёта и восстановив дыхание, я с силой оттолкнулся от земли и взмыл ввысь.
Сделав широкий круг над почерневшей башней, я заложил вираж и плавно приземлился на уцелевший край обвалившейся крыши.
Сейчас я мечтал лишь поскорее найти хоть какую-то посуду и добыть себе питьевую воду. После того, как наглотался пыли на первом этаже горло ужасно саднило. Жажда вытеснила все остальные чувства, превратившись в навязчивую идею.
Заглянув в темноту провала, я сложил крылья. В тесном пространстве башни они бы только мешали, цепляясь за обломки и поднимая новую волну удушливой пыли. Я присел на корточки, придерживая рукой ноющие рёбра, и осторожно спрыгнул внутрь.
Это помещение когда-то служило жилой комнатой для караульных или, судя по остаткам добротной мебели, для начальника смены. В углу виднелся массивный стол, одна ножка которого подломилась, отчего столешница сиротливо завалилась набок. Рядом валялся перевёрнутый табурет и обрывки истлевшего гобелена.
Обернувшись, я разглядел в полумраке пузатый медный чайник. Не успел я улыбнуться, как тут же тихо выругался из-за увиденного в углу рядом с кучей тряпья.
Я заметил её.
Тварь замерла немного в стороне от меня, превратившись в изваяние из серой плоти. Она явно надеялась остаться незамеченной, и это ей почти удалось.
Огромная, в полтора локтя в холке, лысая крыса с морщинистой, землистой кожей практически полностью растворялась в пыльном полумраке заброшенного помещения. Её неподвижность была совершенной, природный камуфляж делал её частью невзрачных стен.
Единственное, что выдало хищника это расползающееся по полу густое тёмное пятно. Свежая кровь тонкой струйкой стекала из пасти чудовища, где оно удерживало ещё подёргивающийся меховой комок. Если бы не этот багровый контраст на сером камне, я вполне мог бы пройти мимо, подставив спину под смертельный удар.
Стараясь не делать резких движений, чтобы не спровоцировать зверя раньше времени, я начал медленно раскрывать крылья. В этот миг тварь осознала, что эффект неожиданности утерян. С мерзким, захлёбывающимся визгом она оттолкнулась от пола и стремительно рванула ко мне.
Раздался резкий хлопок, будто лопнула туго натянутая струна. Навстречу прыгнувшему врагу сорвался полупрозрачный воздушный серп, разрезая пространство с коротким свистом.