Тот обиженно тявкнул на гоблина и, виляя хвостом, побежал к Талли.
Старик молча забрал артефакт, обтёр его краем балахона и спрятал в сумку.
— Давай, рассказывай, нэк. Ты же не просто так собирал всю паутину в округе.
Арах вытер лицо рукавом, размазывая грязь ещё сильнее.
— Тоннель петляет и постепенно сужается — местами приходилось протискиваться боком. Но шагов через двести снова расширяется. И всё время уходит вниз.
Он замолчал, принял из рук Талли кружку, жадно отпил и, переведя дух, продолжил:
— В конце концов лаз вывел меня на подземную площадку. Огромный зал, так что потолка в темноте вообще не видно. По стенам торчат редкие светящиеся кристаллы, так что хоть какое-то паршивое освещение есть. И от этой площадки, как спицы в колесе, расходятся тоннели. Целая сеть. И там повсюду следы, поэтому глубже соваться я не стал.
— Следы, говоришь? Чьи?
— Разные, нэк, — Арах дёрнул плечом, стряхивая остатки паутины.
— Старые или свежие?
— Не знаю, я сразу назад поспешил, — буркнул Полуухий, стараясь не смотреть учителю в лицо.
Наставник на мгновение задумался, постукивая пальцем по подбородку, а затем повернул голову в мою сторону.
— Менос, нужно спуститься и получше там всё осмотреть. Надо понять можно ли оставаться здесь ещё на одну ночь или нас попытаются сожрать, — на этих словах глаза старика блеснули, а Арах втянул голову в плечи. — Не хотелось бы искать новое убежище, чтобы потом снова сюда возвращаться, нэк.
— А зачем сюда возвращаться?
Глядя на Араха, всё ещё не освободившегося от липких лохмотьев паутины, мне, наоборот, хотелось держаться от этого места как можно дальше.
— Разве не очевидно? — Зуг’Гал кивнул в сторону гоблина. — Если даже этот болван преодолевал лаз боком, то обезумевший орк, какую бы силу ему ни даровала паразитная руна, не протиснется вслед за нами.
— Мастер, я считаю, что Арах должен вернуться и закончить начатое.
У старика дёрнулся глаз — верный признак того, что его терпение было на исходе.
— Арах слишком труслив, чтобы справиться с такой задачей в одиночку, — отрезал он, даже не глядя на гоблина. — Ты и сам это знаешь, нэк.
— Но я ещё не восстановил силы, чтобы снова пользоваться двуручником.
Мне категорически не нравилась идея спускаться под землю. Вернее, претило не само подземелье, а то, что «добровольцем» для этой сомнительной прогулки назначили именно меня.
— Судя по рассказу Араха, из-за узких проходов использовать двуручник будет неудобно или вообще невозможно.
— Хотите, чтобы я отправился туда без оружия?
Гоблин внезапно осклабился, обнажив мелкие острые зубы.