Во-вторых, ситуация в клубе и подставная девушка. За пару минут такое не подготовишь. Значит, каким-то образом они просчитали мои действия заранее. Наверное, это было не так уж сложно, учитывая мой образ жизни, но факт оставался фактом.

Получается, попытка захвата склада — это уже импровизация на грани отчаяния? И это, кстати, объясняет, почему не было достаточного контроля. Вероятно, кто-то из подчинённых не слишком высокого уровня решил импровизировать. Может, даже сам доморощенный «спец по ценителям», который решил, что схватил Бога за бороду?

Может быть.

Если так — то в этот раз они подготовятся куда лучше. Осознавая, что находятся на грани войны, противники вполне могут пойти ва-банк, используя вообще всё, что накопили.

Плохо, с одной стороны. Но и хорошо.

Не зная о существовании настоящих вещей, подобных мечу, они могут запаниковать, когда увидят первые эффекты. Им будет казаться, что само мироздание взбунтовалось против них.

Но только в том случае, если Вика ещё жива.

И вот это было самым тонким местом моего плана. Пытаясь оценивать ситуацию с позиции противника, я понял, что самым разумным решением было бы избавиться от заложницы ещё до того, как я появлюсь. Именно на тот случай, если бы у меня нашлись вещи направленного действия. Поисковики, охранители или что-то подобное.

Но я чувствовал того человека, который купил у меня кроссовки. Он не был жестоким сам по себе, и проявлял твёрдые качества только в случае необходимости. Если его не убедили в необходимости убийства заложника — сам он никогда этого не сделает просто так. А убедить его в этом, как я рассчитывал, было некому.

Если я прав, то это значит, что у него действительно есть веская причина желать моей гибели. И она связана с кроссовками и их действием. Но что именно это может быть? Множество вариантов крутились в голове, но ни один из них не был достаточно убедительным.

Погода стояла очень нетипичная для питерской осени: ярко светило солнце, с моря дул тёплый ветерок. На улицы и в парки высыпал народ: улыбающиеся, смеющиеся, радостные… если бы не необходимость носить проклятый шарф, я бы даже получил удовольствие от прогулки. А с ним вокруг было слишком много такого, чего хотелось бы не замечать. Я в очередной раз удивлялся, как дедушка мог носить свои очки часами и даже днями.

В дальнем конце Приморского парка, куда я добрался пешком, тоже люди были. И это заставляло меня мешкать. Лишних жертв мне совсем не хотелось.

На голове у меня была бейсболка, на шее розовый шарфик, а на поясе — ножны с мечом, которые, к счастью, никто не замечал. Случайные прохожие улыбались мне, по-доброму, без осуждения. Как принято в этом городе, где всегда много чудаков. Я старался улыбаться в ответ, механически. Временами едва сдерживая рвотные позывы, если случайно видел что-то совсем уж неприятное в очередном встречном человеке.